«Воїни АТО заслуговують на окремий меморіал», — Дмитро Гурін

19 серпня 2015 - 10:17
FacebookTwitterGoogle+
Дискусія довкола перепоховань у Парку Слави завершилася тим, що в Адміністрації Президента оголошують конкурс на створення меморіалу учасникам АТО

В Адміністрації Президента України вирішили прислухатися до думки експертного середовища і відмовилися від церемонії перепоховання капсули з прахом невідомих солдат у меморіал в Парку Слави. Чому знайдені одне над одним на Донбасі поховання воїна Другої світової і учасника АТО заслуговують на окремий меморіал і можуть стати новим українським міфом — пояснює волонтер «Київархітектури» Дмитро Гурін. А в середу, о 19 годині, Гурін і його колеги з волонерського руху, що змінює міське середовище, запрошують в Парк Слави на Лекцію про Героя під Вічним Вогнем.

Анастасія Багаліка: Адміністрація Президента підтвердила, що церемонії при похованні не буде?

Дмитро Гурін: Администрация Президента опубликовала на сайте пресс-релиз о том, что «Проект меморіалу захисника незалежності України буде винесений на публічне обговорення». В этом пресс-релизе описывается достаточно большое решение, о котором вскоре выйдет указ Президента о том, что он инициировал широкое публичное обсуждение увековечение памяти защитников свободы, независимости и территориальной целостности. Будет создан организационный комитет, в который войдут представители власти и общественности, и будет сформирована концепция мемориала, которая позволит достойно почтить память всех героев всех времен и всех воен в нашей истории.

Анастасія Багаліка: Обговорення почалося не так давно. Чому ви вирішили винести в публічний простір те, що було відомо невеликому колу осіб про те, якою буде церемонія на День Незалежності?

Дмитро Гурін: Я уверен до сих пор, что это была просто ошибка, что кто-то где-то кого-то не так понял. Это была достаточно опасная, на мой взгляд, ситуация. Мемориал — место для всех очень важное. Оно связано с самыми разными мыслями, воспоминаниями. Это нагруженное место и в нем могло случиться неловкое движение.

Собирались захоронить две капсулы: капсулу с героем АТО и капсулу с прахом предположительно бойца. Второй мировой войны, найденную на этом же месте.  Это может вызвать массу вопросов. Одни люди воспримут достаточно резко то, что в мемориал, который стоит уже 60 лет, могут быть заложенные совершенно другие смыслы вместе с капсулой с прахом героя АТО.  Для другой части совершенно наоборот: мы разговаривали с бойцами АТО, которые говорили, что это неправильно, что прах кого-то будет захоронен в совершенно другом месте, что они не хотели бы быть там захоронены, тем более без имени. Всех возмущал этический вопрос момент.

Так же много вопросов возникало из-за того, что решение было принято с процедурными нарушениями и это позволяет судебно оспорить их. Общество попадает в очень сложное положение: в мемориал захоронили прах воинов АТО и идет судебный иск о том, что надо вернуть все назад. Что в этой ситуации делать? Есть очень много организаций, которые с удовольствием воспользовались бы этой возможностью, по тому что это прекрасный пропагандистский жупел.

По чему это собственно не правильно? Мемориал — это результат общественного консенсуса.

Дмитро Тузов: Це ви трохи перебільшуєте, тому що от як побудували меморіал за радянських часів, так він і стоїть. Я не думаю, що було якесь публічне обговорення того, як це має виглядати і хто там має бути похований.

Дмитро Гурін: Тут вы, конечно, не правы. Советский Союз был бюрократическим государством и этот мемориал был действительно результатом «суспільної згоди» в 1957 году, когда он был установлен. Эта бюрократическая машина была с достаточно репрессивной направленостью, художественный вещи всегда проходили весь цикл качественной разработки, в том числе общественное обсуждение. Этот мемориал строил лучший послевоенный архитектор Киева Милецкий. Я говорю о смыслах мемориала, который был важной наполненной вещью, построенной 60 лет назад. И мы сейчас вторгаемся в эти смыслы. Их увидело и прочитало сотни тысяч людей. И сейчас мы нажимаем на больное место в обществе. И это ошибка.

Дмитро Тузов: А які альтернативи? Як можна вирішити це питання? Яким чином об’єднати військову історію України?

Дмитро Гурін: Прежде всего хочу сказать, что неправильно предполагать, что этот мемориал можно было бы перекрестить. От того, что мы заменим 1941 на «Слава Украине», а 1945 на «Героям Слава» — это будет известно просто как исторический факт, но пам’ять останеться, никто этого не забудет. Нам уже успели позвонить за коментарием представители почти всех известных российских телеканалов. Все хотели побольше знать об этой истории.

Говоря о примирении, лучше всего вспомнить о мемориалах, которые были открыты в Западной Украине, в небольших местечках, где были совершены массовые расстрелы евреев. Эти мемориалы поставило немецкое правительство, а проектировали их украинские архитекторы. На открытие политический и интеллектуальный истеблишмент Германии и выжившие из еврейских семей, которые мигрировали. Мне рассказывали, что это была очень мощная церемония. Эти акты примирения происходят и в нашей стране тоже, просто у нас  пока что нет опыта.

Анастасія Багаліка: Бірюков у коментарях під вашим постом говорив, що знайшли прах хлопця із 79-ої бригади в АТО. Це унікальна історія того, що над воїном Другої світової знайшли останки воїна АТО. Це дійсно історія, яка потребує окремого меморіалу?

Дмитро Гурін: Это очень красивая история. Это один из фантастических сюжетов, который может стать началом большого национального мифа. И этот миф должен быть правильно реализован в пространстве. И ключевая идея, которую инициировал Президент, — это пантеон героям всех войн Украины. Мы должны договорится о том, что «ми шануємо».

Анастасія Багаліка: Як проходили конкурсні етапи? У нас вже є досвід створення незалежного конкурсу з вшанування пам’яті, але, на жаль, ми не бачимо жодних кроків до втілення тих ідей, які перемогли у цьому конкурсі.

Дмитро Гурін: Это был официальный городской конкурс. Последний конкурс такого масштаба в Киеве проходил в 1944 году. После Революции Достоинства  стало понятно, что все, что мы видим на Майдане — крыша торгового центра. Это больше не соответствует содержанию того, что произошло на этой площади. Это важнейшее мифообразующее место в стране. 

Вторая номинация конкурса  — Мемориал Героям Небесной Сотни. Надо было переосмыслить большую территорию. Выиграл конкурс проект итальянцев — фантастическая идея: они предложили посадить красные деревья по Институтской и сделать из этой улицы сад. Этим мы передаем важный смысл о том, что произошло: не про смерть, а про жизнь.  Этот мемориал рассказывает о том, как переродилось украинское общество. Сейчас, на сколько я знаю, никаких движений по этому поводу нет. У нас так устроено государство, что все процессы делаются в ручном режиме. Вот этот мемориал – без двигателя.

Анастасія Багаліка: Тобто ідею з двома плитами можна було реалізувати за два тижні до Дня Незалежності, якби на це не звернула увагу громадськість, а конкурсний проект, який пройшов стільки рівнів, його не можна реалізувати?

Дмитро Гурін: Для того, чтобы он был реализован, в Администрации Президента, нужно принять решение. А вся коммуникация в стране идет таким образом, что нужно сильно кричать для того, чтобы быть услышанным. 

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.