Слухати

«Громадське радио» / Скачати зображення

Альтернативы миссии ОБСЕ на Донбассе сейчас нет, — спикер Генштаба

02 лютого 2016 - 23:33 128
Facebook Twitter Google+
Об установке камеры ОБСЕ в Широкино говорим со спикером Генштаба Владиславом Селезневым и журналистом Андреем Цаплиенко

Дмитрий Тузов: Вы приехали к нам прямо с брифинга.

Владислав Селезнев: С брифинга посвященного Дебальцевской операции. Мы попытались ответить на наиболее острые вопросы.

Евгения Гончарук: А какие претензии от военных звучали чаще всего?

Владислав Селезнев: От военных претензий не так много. Много нареканий было от батальонов, которые формировались по территориальному принципу. Профессиональные военные четко понимали, чем мы занимаемся. Сложился абсолютно нормальный диалог. На вопросы отвечали участники тех событий в рамках своей компетенции.

Евгения Гончарук: Почему было отступление? Есть ли понимание того, где была тактическая ошибка?

Владислав Селезнев: Это было не отступление, а отход. Меня военные поймут, это разные понятия. Боевики и военные силы РФ смогли на данном участке фронта сосредоточить серьезную группировку. Они продавили оборону, и мы вынуждены были выводить силы, чтобы сохранить жизни наших военнослужащих. Задачи ставились из Кремля. Самая активная фаза происходила на фоне Минских переговоров.

Дмитрий Тузов: Недавно ветераны пикетировали Администрацию Президента с требованием наказать военных командиров, которые допустили Иловайский котел.

Владислав Селезнев: Позиция Генштаба очевидна. Мы все необходимые документы передали в Военную прокуратуру. Проходили экспертизы, опрашивались свидетели. Сейчас дело за прокуратурой. Мы заинтересованы в объективном суде.

Евгения Гончарук: Представители штаба АТО считают, что представители ОБСЕ частично виновны в усилении обстрелов.

Владислав Селезнев: Вопрос дискуссионный. Я думаю, что каждый из спикеров должен аргументировать свою позицию. Те вышки, о которых так много говорят в последнее время — это составляющая деэскалации конфликта на Донбассе. Вся информация, которая ими фиксируется, находится в кругу определенных должностных лиц ОБСЕ. Она используется для установления противоправных действий боевиков. С установлением вышек количество обстрелов, в том числе и в районе Широкино, значительно уменьшилось.

Евгения Гончарук: По вашему мнению, без мисси ОБСЕ было бы лучше?

Владислав Селезнев: На сегодняшний день, ОБСЕ — это третья сторона, которая принимает участие в работе координационного центра. Это тот орган, который реализовывает пути по деэскалации конфликта.

Дмитрий Тузов: Что вы можете сказать о следующей волне мобилизации?

Владислав Селезнев: Никаких ограничений для выезда за пределы страны нет. Никакие дополнительные справки для граждан призывного возраста не нужны.

В настоящее время Генштабом реализовывается программа привлечения в ряды ВСУ служащих на контрактной основе. С 1 января минимальна заработная плата солдата контрактника первого года службы составляет 7 тысяч гривен. Она увеличивается в зависимости от звания.

Призыв у нас будет традиционный срочный в апреле месяце. Срочники в зону АТО не отправляются.

Мы рассчитываем проводить демобилизацию четвертой волны в марте-апреле.

Евгения Гончарук: Каково ваше виденье ситуации с вышками ОБСЕ?

Андрей Цаплиенко: После установки вышки произошло нападение на наши позиции. Велся обстрел в «неудобном» для нашей обороны месте. Он был 18 января с 18:30 до 20:30. Когда военные хотели дать «ответку», они обратились к ОБСЕ с просьбой опубликовать видео с этой камеры, чтобы было ясно, что не украинские военные начали обстрел. Был дан ответ, что камера выключилась. Потом появился ответ, что видео есть, но оно закодировано, так как камера работает в тестовом режиме.

Камера эта находится далеко от минометных позиций боевиков. Она не видит нарушения режима отвода техники с их стороны. Практически все моменты, связанные с логистикой, отводом войск — доступны камере.

Боевики отказали в установке камеры с их стороны. Соответственно, это все выглядит как игра в одни ворота.

Владислав Селезнев: Размещение вышки согласовано со штабом АТО. Боевики активно используют беспилотники, поэтому говорить о том, что им неизвестно наше местоположение — некорректно.

Миссия ОБСЕ работает в рамках международных соглашений. Если боевики не позволяют работать миссии, то это дает нам бонусы во время переговоров. Что, в свою очередь, продолжает нам давать надежду, что экономическое давление на РФ будет продолжаться.

Евгения Гончарук: Почему видео не предоставляют?

Владислав Селезнев: У них определенные технические заминки. Будем верить, что мы получим информацию. Эти вышки устанавливались для того, чтобы мировое сообщество было осведомлено о том, что происходит на Донбассе.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.