Слухати

Без содействия контрольных служб провезти «контрабанду» нельзя,— Мещерякова

10 липня 2016 - 20:31
Facebook Twitter Google+
Провезти «контрабанду» через линию разграничения между так называемыми «республиками» и контролируемой Украиной территорией можно только при содействии тех, кто физически эту линию контролирует
Наталья Мещерякова // Фото из личного архива Натальи Мещеряковой

meshcheryakova.jpg

Наталья Мещерякова // Фото из личного архива Натальи Мещеряковой
Наталья Мещерякова
Фото из личного архива Натальи Мещеряковой

О незаконной «контрабанде», которая массовыми потоками снабжает террористические организации «ДНР/ЛНР» рассказывает боец подразделения «Фантом» Наталья Мещерякова.

Татьяна Курманова: Чем конкретно занимается подразделение «Фантом» на линии разграничения?

Наталья Мещерякова: Это подразделение было создано 30 января 2015 года в связи с необходимостью контролировать как поток пассажирского транспорта, так и поток транспорта со всякими грузами, который пересекал линию разграничения.

Как раз тогда начали создаваться пропускные пункты въезда-выезда, чтобы досматривать граждан, которые пересекают эту линию, и контролировать грузы, появилась нормативно-правовая база. Было запрещено перевозить грузы автомобильным транспортом — только гуманитарные грузы.

Позволено было перевозить железнодорожным транспортом грузы, которые не попадают в перечень запрещенных вещей, и были установлены определённые нормы перевозки грузов обычными гражданами, которые пересекают линию разграничения.

Татьяна Курманова: Как вы относитесь к этому временному положению?

Наталья Мещерякова: Это положение не позволяет применять норму, которая была введена в прошлом году в кодекс про административные правонарушения — статья 204 с пометкой 3, в которой написано, что нарушение порядка перемещения товаров влечет за собой определенную ответственность. Применять эту статью суды по сей день не могут, ибо для этой статьи еще не разработан постоянный порядок, а временный нельзя применять, потому что он не зарегистрирован в Минюсте.

На сегодня есть лишь единичные решения судов, по которым были наложены штрафы и были конфискованы товары, да и четверть из них оспорена в апелляции.

Татьяна Курманова: Кто сейчас должен быть ответственным за провоз «контрабанды» и действуют ли мобильные группы?

Наталья Мещерякова: На самом деле статья о контрабанде есть, но в том случае, когда перемещаются грузы через государственную границу. У нас нет государственного контроля на линии разграничения, поэтому мы не можем говорить о контрабанде, как таковой. Это незаконное перемещение товаров.

Утвердить порядок перемещения грузов через линию разграничения должен был Кабинет Министров, причем еще до 22 августа прошлого года. Этого не случилось по сей день.

Поэтому ответственности по статье 204 со пометкой 3 для тех, кто в обход временного порядка везет товары через линию разграничения, нет.

Татьяна Курманова: Что делать в таком случае?

Наталья Мещерякова: Утвердить порядок, который позволит применять эту достаточно толерантную, кстати, норму. Сумма штрафов никого не напугает, однако эта статья позволила бы конфисковать товары, которые перевозятся незаконно.

Как это работает сейчас? Мобильная группа задерживает груз, передает для оформления протокола сотрудникам спецподразделения «Фантом», которые усматривая какие-то признаки правонарушения, составляют протокол.

На участках, где возможно такое перемещение, ездят уже одни и те же. Они зарегистрировались как частные предприниматели, сделали себе справки переселенцев, а учитывая, что на сегодняшний день отменены лимиты провозы товаров и списки предпринимателей, которым разрешен провоз товаров на прифронтовую территорию, то к таким перевозчикам грузов не подкопаешься.

Татьяна Курманова: Нам говорили, что там массово выдавали справки.

Наталья Мещерякова: Да, и это является большой угрозой для безопасности не только потому, что, имея такие справки, они могут возить большое количество неконтролированного товара, но и потому, что, что через эти серые зоны будут проезжать лица, задействованные в деятельности террористических организаций.

Кроме того, есть угроза, что через эти серые зоны ездят небезопасные для граждан Украины лица, потому что, если на КПВВ фиксируются все лица, пересекающие границу, то при въезде-выезде через серую зону с помощью такой справки следов пребывания в Украине и выезда на «ту» сторону лица не остается. Так могут просачиваться в Украину террористы и боевики.

Очень бы хотелось, чтобы сотрудники СБУ заинтересовались этим вопросом, потому что по количеству справок, выданных в таких серых зонах, как Верхнеторецкое и Новолуганское, складывается впечатление, что это города-миллионники, хотя на самом деле это не густо населенные пункты.

Татьяна Курманова: О каких объемах мы говорим? Как много на не контролированную территория попадает контрабанды?

Наталья Мещерякова: Наше подразделение и смежные силовые структуры, конечно, контролируют, сколько туда завозится. Потому что что-то нужно делать на нормативном уровне, раз уж физически развернуть автомобиль и не пустить его не получается. Если есть основания — нет документов или провозится что-то незаконное, то мы, конечно, разворачиваем. А это может быть и оружие, и взрывчатка, и наркотики. Такие машины учитываются и записываются, то есть достоверная статистика того, сколько туда идет, у нас есть.

В обратном направлении машины могут идти на первый взгляд пустые, но мы обнаруживаем зашитые в корпус незаконно изготовленные сигареты, могут провозить «паленую» водку и спирт.

В сторону так называемых «республик» идет от 20 до 40 машин в день. Это мы говорим о машинах, в которых находятся грузы, оформленные на частных предпринимателей, проживающих в серой зоне. То есть не пустить их нельзя. И машины эти от 2,5 до 5 тонн. Не говоря уже о десятитонниках и двадцатитонниках, которые ходят другим путями, и выявить их достаточно сложно.

Татьяна Курманова: Волонтеры говорят, что без содействия вышестоящих лиц эту линию разграничения невозможно пересечь.

Наталья Мещерякова: Ее точно нельзя пересечь без содействия тех, кто физически контролирует линию разграничения. Поэтому мы можем говорить, что среди тех представителей вооруженных, стоящих на границе, в условиях гибридной войны есть те, кто на этом зарабатывает. За это особенно больно и обидно. Это покрывает позором все силовые структуры.

Татьяна Курманова: Не припомню, чтобы были случаи поимки именно крупных поставщиков, но догадываюсь, что они есть. Значит кто-то обеспечивает им проезд.

Наталья Мещерякова: Да, вы правы, обеспечивают. И по многим фактам уже ведется расследование.

Мобильные группы задерживают только мелкие грузы, а крупных задержаний не было с прошлого лета.

Во-первых, сейчас измельчились партии товаров, а во-вторых мобильные группы ловят только тех, кого может поймать. Потому что те технические средства, которые есть у мобильной группы, не в силах перекрыть всю линию разграничения даже бы на своем участке.

Татьяна Курманова: Вы настаивали на уголовной ответственности не только для тех, кто перевозит, но и для тех, кто эти перевозки подготавливает?

Наталья Мещерякова: Да, и соучастниками в данном случае могут быть владельцы грузов, владельцы транспорта и сотрудники контрольных служб правоохранительных органов, которые содействуют провозу таких грузов через линию разграничения.

То есть если бы была уголовная ответственность, она бы позволила более эффективно бороться с такими правонарушениями, административной ответственности в данном случае недостаточно. Штраф в 170 грн. — это несерьезно.

По состоянию на прошлый год, это был бизнес для тех, кто возит грузы, а по состоянию на сегодняшний год, это бизнес для тех, кто контролирует перевозки.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.