Слухати

Не думала, что кто-то за это ответит — журналистка о новом судебном процессе над бойцом «Беркута»

14 вересня 2017 - 23:29 2003
Facebook Twitter Google+
В деле о силовом разгоне Майдана 30 ноября 2013-го года начались судебные заседание по новому эпизоду. Судят «беркутовца» Руслана Марчука

Одна из статей обвинения – препятствование журналистской деятельности.

13 сентября состоялось второе судебное заседание. Одной из потерпевших по этому эпизоду является журналистка, редактор сайта Громадське радио Мария Лебедева.

Валентина Троян: Что это за дело и чем оно важно во всем большом деле избиения активистов Евромайдана?

Мария Лебедева: Дело уже расследовали и даже передали в суд, и вчера состоялось второе заседание.

Речь идет о событиях, которые происходили 30 ноября 2013-го года – ночь разгона студентов, когда людей, оставшихся на ночь на Майдане, жестоко разогнали бойцы «Беркута». Я тогда тоже находилась на Майдане, мы анализировали произошедший накануне политический митинг, и думали, что же дальше делать, потому что под стелой оставались люди. Некоторые говорили, что будут забирать звуковую аппаратуру с площади, но точно никто не знал, и нужно было кому-то оставаться дежурить. То есть у тех активистов было довольно напряженное состояние.

Кстати накануне политики уже говорили, что митингующим на Майдане людям нужно на время разойтись, сделать паузу. Но часть людей все же в ту ночь осталась.

Где-то в 03:30 мы с друзьями зашли в заведение в Пассаже просто погреться, и буквально вскорости двери Пассажа открылись, вбежал человек и начал кричать, что-то про кровь, что всех бьют. Мы поняли, что произошло что-то страшное. Буквально через секунду нас набрал наш друг, который оставался на Майдане, и сказал, что там всех убивают.

Когда мы выскочили из заведения, то увидели, как вверх по Пассажу бегут люди, и бегут так, как люди обычно не бегают, было ощущение, что они бегут будто от расстрела. Мы наоборот бежали вперед, потому что там были наши друзья.

Когда мы выбежали на Крещатик, то увидели шеренги «Беркута», мы увидели группы представителей этого подразделения, которые окружили двух девушек, которые плакали и были в состоянии шока –  не шевелились и были в ступоре. Еще было непонятно, что на Майдане, но этих девушек мы у «Беркута» криками отвоевали.   

Били очень жестоко, со злостью, выкрикивали ругательства и маты, то есть не механически выполняли зачистку, а было такое ощущение, что они мстили за что-то

Когда люди стали двигаться к Майдану, все упирались в эти шеренги «Беркута», то есть он шел по всей улице, и «беркутовцы» с остервенением били всех подряд. Люди сидели на лавочках, но к ним подбегали и били по голове, по плечам, по корпусу, по ногам. Не разбирая. Били очень жестоко, со злостью, выкрикивали ругательства и маты, то есть не механически выполняли зачистку, а было такое ощущение, что они мстили за что-то.

Я двигалась к стеле, несмотря на то, что там происходили ужасные события, но я прежде всего журналист и днем, и ночью, поэтому чтобы ни происходило, я должна это все фиксировать. В одной руке у меня был телефон с включенной камерой, в другой – удостоверение прессы. Кроме того, я громко предупреждала, что я – журналист. Но, к сожалению, никто из «Беркута» не был настроен на то, чтобы что-то предпринимать, они ничего не слушали, они делали зачистку. Я подошла к шеренге «Беркута», начала пятиться назад, снимая их. Они довольно быстро приближались, я не успела отойти назад, и один из «беркутовцев» схватил меня за руки, начал бить по руке, чтобы выбить телефон, не обращая внимание на удостоверение. Это все длилось несколько секунд. Он хотел повалить меня на пол, но был такой накал страстей, что я ухватился за его руки и не упала. После чего он меня развернул и пнул в спину, помогая себе при этом ногой.

Такой был эпизод. Я и не ожидала, что этого человека когда-нибудь найдут.

Валентина Троян: С нами на связи адвокат Евгения Закревская. Расскажите, в чем особенность именно этого эпизода?

Евгения Закревская: Этот эпизод – это первый эпизод по 30 ноября, по которому уже установлено конкретное лицо. Его действия видны на видео, то есть мы видим, что делает этот человек. Важно, что сейчас это первое дело по 30 числу, где фигурирует противодействие журналистской деятельности. Это важно, что это началось еще тогда, ведь это рушит картинку, которую нам рисуют в других заседаниях по процессам над «беркутовцами». Несмотря на то, что это простой почти рядовой «беркутовец», это нам хорошо дополняет картину.

Это рушит картинку, которую нам рисуют в других заседаниях по процессам над «беркутовцами»

Мало того, тут понятно, что происходило после основного этапа разгона, это тоже рушит ту версию, которую пытается продвигать защита «беркутовцев».

Валентина Троян: Кто подозреваемый и есть ли вероятность, что он может скрываться от суда?

Евгения Закревская: Это Руслан Марчук, он сотрудник 23-й роты «Беркута», насколько он может скрываться, я сказать не могу. Сейчас у него есть мера пресечения в виде личного обязательства. Логично бы было его отстранить от службы, но на данный момент он не отстранен.

Валентина Троян: В чем его обвиняют?

Евгения Закревская: Препятствование журналистской деятельности, превышение служебных полномочий и противодействие мирных собраний. И в его деле 7 потерпевших.

Мария Лебедева: Этот процесс очень важен, здесь впервые обсуждается нападение на журналиста. И речь идет и препятствовании профессиональной деятельности журналиста. Но в суде адвокаты Марчука хотят доказать следующее: что мирное собрание, о котором идет речь, было нелегитимным, и что я не выполняла свой профессиональный долг, так как у меня не было редакционного задания, поэтому нельзя судить «беркутовца» за препятствование журналистской деятельности. Они сделали запрос в то медиа, где я работала, где ответили, что я действительно там на тот момент работала, но у меня не было редакционного задания. Но его и не может быть ночью, когда человек попадает в эпицентр событий, и начинает снимать, если при нем находится техника. Он имеет на это право. Это абсолютно легитимная деятельность журналиста, у него есть удостоверение, и он имеет право фиксировать происходящее, находясь в центре событий. Также, как полицейский или доктор, — человек сразу же начинает выполнять свои профессиональные обязанности.

Валентина Троян: Когда и где состоится следующее заседание?

Мария Лебедева: 25 сентября в 14:00 в суде Шевченковского района, Дегтяревская, 31а. Судья - Трубников. 

Полную версию разговора можно прослушать в приложенном звуковом файле 

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.