Слухати

Как только нас лишили права голоса, мы стали никому не нужны, — переселенец

27 листопада 2016 - 07:45 1395
Facebook Twitter Google+
Кризис доверия в отношениях переселенцев с властью. Вынужденные покинуть свои дома говорят, что государство их бросило и не слышит

Пообщаемся с переселенцем из Луганска, правозащитником Сергеем Стуловым, одним из соорганизаторов круглого стола, который пройдет в понедельник «Зраджені та приречені державою!»

Татьяна Курманова: Почему вы заявляете именно так?

Сергей Стулов: Потому что мы действительной зраджені та приречені. У нас сегодня нет никаких прав, а только обязанности.

Мы мониторим деньги, которые заходят в Украину от доноров. В Министерстве экономики заявляют, что на август работает 301 проект, на которые выделено 3 млрд долларов на переселенцев. Если бы эти деньги даже просто разделили между переселенцами, они бы давно решили свои проблемы.

Ирина Ромалийская: Это все равно, что заявлять о том, что не нужно вкладывать деньги в развитие экономики, проще каждому раздать по 100 грн. Или вы имеете ввиду что-то другое?

Сергей Стулов: Я имею ввиду, что эти проекты конкретно касаются переселенцев, в частности, чтобы решить проблему с жильем.

Министерство социальной политики еще в августе обещало реестр переселенцев, где учтут наши нужды, и в справках действительно появился вопрос о том, желает ли переселенец иметь жилье. Но реестр не работает пока.

Татьяна Курманова: Он работает, но не в полном объеме и не все переселенцы туда внесены.

Сергей Стулов: Проблемы с переселенцами не решаются. Мы только и читаем в СМИ о себе один сплошной негатив. Даже министр культуры обозвал нас генетически не так сделанными. Получается, что мы мешаем нашему правительству воровать.

Мы только и читаем в СМИ о себе один сплошной негатив

Летом мы проводили акцию под стенами Министерства социальной политики. Но Розенко сказал, что мы агенты Кремля.

Татьяна Курманова: И до сих пор у вас ситуация патовая в налаживании диалога с Розенко? Вы неоднократно предъявляли ему требования, но ответов не получили до сих пор?

Сергей Стулов: Ответы мы получаем, но это отписки. Даже та рабочая группа, которая была создана после нашего десятидневного процесса, завалилась через 3 заседания. Им нужно был на Кабмин провести наше согласие, они нас собрали, сказали, что продлевают срок выполнения постановления № 365 еще на месяц. И с этого числа не было ни одного заседания.

Татьяна Курманова: Вы видите механизм разращения конфликта?

Сергей Стулов: Наверное, нет. Я не знаю, каким образом можно договориться с властью на счет переселенцев. Мы не имеем самого главного — права избирать. Если бы могли участвовать в выборах, к нам было бы другое отношение.

Ирина Ромалийская: Они воспринимали бы вас как электорат?

Сергей Стулов: Да, я же помню начало 2015 года. Мы тогда были нужны, власть считала нас своими. Как только нас лишили право голоса, мы стали никому не нужны. Мы были на приеме у депутата Киевсовета. Он нас принял, выслушал, пообещал решить наш вопрос. А через две недели сказал, что мы за него не голосовали, мы чужие, поэтому он не будет решать наши проблемы, и отправил нас в суд.

Ирина Ромалийская: Какие основные проблемы переселенцев, и какие из них будут подниматься на круглом столе?

Сергей Стулов: У нас нет права выбора, нарушены наши жилищные права. К примеру, у меня есть жилье, оно находится в Алчевске. На сегодняшний день нам все говорят, что Донбасс — это Украина. Но я не могу пользоваться своим жильем. Раз государство говорит, что Алчевск — это Украина, пусть заберет там мое жилье, а даст мне другое здесь.

Раз государство говорит, что Алчевск — это Украина, пусть заберет там мое жилье, а даст мне другое здесь.

Ирина Ромалийская: Есть подобные изменения к закону, они даже прошли комитеты, но так еще и не вынесены в зал голосования.

Сергей Стулов: И никогда вынесены не будут. Поэтому мы и собираемся на этот круглый стол. Ведь это проблема не только переселенцев. К нам сейчас присоединились АТОшники, которые жили на территориях, что сейчас оккупированы. А это те же переселенцы, которые не могут вернуться домой. У них нет ни жилья, ни обещанной земли, им еще хуже, чем переселенцам.

Ирина Ромалийская: Кто уже подтвердил свое участие в круглом столе?

Сергей Стулов: Буквально вчера дали согласие Давид Сакварелидзе и Михеил Саакашвили.

Ирина Ромалийская: В качестве кого они будут присутствовать? Они же не являются сейчас представителями законодательной власти.

Сергей Стулов: В качестве гостей. В том то и дело, что мы не нужны тем, кто сегодня сидят в креслах, а те, кто ищут электорат, интересуются.

Из депутатов пообещали быть Сергей Шакун и Виталий Курило.

Татьяна Курманова: Одним из вопросов на круглом столе будет подниматься вопрос о перспективе государственно-частного партнерства в решении вопросов с жильем? Какими вы видите эти перспективы?

Сергей Стулов: Частно-государственные партнерство, потому что деньги, которые выделяются не с государственного бюджета, а приходят от наших доноров и идут конкретно на строительство.

Татьяна Курманова: Но доноры как раз-таки и проверяют, как использовались средства.

Сергей Стулов: Есть и государственные программы. Например, в Северодонецке сейчас пытаются решить вопрос со строительством жилого дома. Но проблем в следующем: почему новые квартиры государство должно давать в первую очередь переселенцам? А не чернобыльцам, афганцам и военным, которые стоят 50 лет на очереди. Если мне дадут квартиру, а такому человеку не дадут, как это будет выглядеть?

Сразу же станет вопрос, каким образом распределять и оприходовать это новое жилье? То есть мы не готовы не то, что строить, но и даже подойти к этому строительству.

Все говорят — возьмите землю под строительство в Киеве, но если там построить девятиэтажку и поселить туда переселенцев, то киевляне нас просто удавят.

Татьяна Курманова: В анонсе круглого стола вы говорили, что многие переселенцы готовы на голодовку, настолько они разуверились.

Сергей Стулов: Да, это было обсуждение на оном из первых заседаний рабочей группы, и это была идея АТОшников, которые сказали, что они уже настолько устали, что готовы и на голодовку.

Но мы и голодали, и стояли под Минсоцем, и жгли, и нас арестовывали возле Минюста. Никаких результатов это не дало.

Мы подаем заявления в государственные реестры избирателей для того, чтобы изменить в реестре свой адрес

Ирина Ромалийская: То есть сейчас радикальных действий не будет?

Сергей Стулов: Нет, у нас есть другие методы.

Татьяна Курманова: Что можно немедленно начать делать, дабы разрешить эти проблемы?

Сергей Стулов: Создать рабочие группы, и включить туда экспертов от переселенцев.

Далее, мы сейчас проводим всеукраинскую акцию «Маю право обирати». Мы подаем заявления в государственные реестры избирателей для того, чтобы изменить в реестре свой адрес. Это даст нам возможность голосовать.

Ирина Ромалийская: Но в реестре избирателей данные меняются на основании паспорта.

Сергей Стулов: Это и есть та коллизия в законе, которую нам нужно убирать.

Сегодня, подав заявление в реестр, мне откажут. А 9 декабря мы пойдем в суд во всех городах Украины, где подавали заявление в реестр, и подадим иск на отдел регистрации реестра, где получили отказ. И через суды будем добиваться право голоса, как это сделали 2 переселенца в 2015 году.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.