Слухати

Лучше бы я продолжала писать стихи о любви, — мариупольская поэтесса

02 листопада 2016 - 22:47 313
Facebook Twitter Google+
О литературе военного времени, ее значении и значимости для истории говорим с поэтессами из восточной Украины — Оксаной Стоминой из Мариуполя и дончанкой Анной Хрипунковой.

Сергій Стуканов: У нас в студии Оксана Стомина из Мариуполя и Анна Хрипункова из Донецка, которая теперь проживает в Киеве. Оксана стала составительницей сборника под названием «По живому. Околовоенные дневники». Уже само название говорит о многом. В сборник вошли поэзия и различные размышления людей, которые оказались на линии конфликта и были вынуждены выехать, или проживают около него.

Прежде, чем начать разговор, хочу поведать радиослушателям, как мы с Оксаной познакомились. Это было в Донецке, кажется, еще в 2010 или 2011 году. Оксана, о чем писали до войны?

Оксана Стомина: У меня был один приятель, с которым у нас разошлись взгляды на события последних нескольких лет, и сейчас уже мі не общаемся. Он мне раньше говорил: «Оксана, ты такой хороший поэт, но ты пишешь совершенно несерьезные стихи, исключительно о любви». Я вообще думаю, что все в этом мире – о любви. И, если честно, лучше бы я и сейчас писала несерьезные стихи о любви, потому что теперь они пишутся реже, к сожалению.

Сергій Стуканов: Оксана, ты говорила о планах издать этот сборник уже некоторое время. Как это происходило, кто вошел в сборник?

Оксана Стомина: Для меня этот сборник очень много значит. Раньше я никогда не издавала книг. Почему-то мне это казалось неважным, ненужным. Свои лирические стихи я не издавала. Их брали куда-то в общие сборники, но не более того. А издание этой книжки для меня – принципиальный момент, как и для всех, кто к ней причастен.

В этой книги собраны исключительно авторы Донбасса, Приазовья и Крыма. То есть о событиях на востоке Украины говорят люди, которые в эпицентре этих событий. Во-первых, мне и всем, кто есть в этом сборнике, важно зафиксировать свою точку зрения в истории.  Потому что это такое дело: кто успел, кто больше об этом написал, тот и прав. Свою гражданскую позицию хотелось озвучить, и, что не менее важно, – моральную. Потому что любая война безнравственна. Я смотрю на войну как женщина, всегда в этой плоскости. Поэтому материалы для сборника собирала долго и тщательно. Всеми авторами горжусь, всех люблю. Это и поэты, и известные блогеры, и журналисты, и писатели.

Сергій Стуканов: Давайте назовем несколько имен. Одна из поэтесс, вошедших в сборник – Татьяна Ковалевич – бывала в нашей студии.

Оксана Стомина: Во-первых, поэт и прозаик, который сейчас у многих на слуху – Алексей Чупа. Он тоже родом из Макеевки, вынужденный переселенец. Алексей – автор нескольких поэтических сборников и прозаических книг, стипендиант программы министра культуры Республики Польша, финалист премии Конрада 2015 года. Он также финалист премии «Книга года ВВС» в 2014 и 2015 годах. Очень серьезный автор.

Ия Кива – тоже из Донецка, тоже переселенка, тоже лауреат многих премий и фестивалей – «Славянские традиции», премии Каплана. Евгений Росин – журналист и художник из Мариуполя. Это его псевдоним. Елена Ольшанская из Луганска, которая сейчас живет в Запорожье. Тоже лауреат нескольких премий. Две журналистки, известные блогерши – Евгения и Ирина Коротыч. Они из Севастополя, сейчас живут в Киеве. Вячеслав Куприенко – поэт и музыкант. Татьяна Ковалевич, про которую вы уже сказали.

Можно долго перечислять, поскольку в сборник вошли порядка трех десятков авторов. И одного из авторов я сегодня привела с собой. Поэтесса Анна Хрипункова, родом из Донецка. Анна – вынужденная переселенка, главный редактор, политический обозреватель, журналист.

Лариса Денисенко: Аня, хотим услышать ваш голос. Можете начать сразу со стихов, поскольку мы говорим о сборнике поэзии и прозы, и уже хочется услышать, как это звучит.

Анна Хрипункова: Давайте я прочитаю то, что любят больше всего. Про нас, про переселенцев. Называется «Люди, которые потеряли свои дома».

Люди, которые потеряли свои дома,

Так и не придумали для себя имя.

Первых полгода имя их было «зима»,

Вторые полгода они назывались «чужими».

Третьи полгода они назывались «стон».

Ну, может, не «стон», но точно уж не «истома».

Третьи полгода были для них крестом,

Четвертые они хотели бы встретить дома.

И только к исходу пятых поняли, что, увы,

Дом – это место, которого не бывает.

Дом – это шорох стылой ночной травы,

Скомканный отзвук сбившегося трамвая.

Дом – это стены, зарезанные насквозь,

Колкие рамы, смешанные с рассветом.

Люди все думают: «Это ведь не всерьез,

Скоро проснусь, и будет тут снова лето.

Будет июнь от сладости без ума,

Отпуск поделим дапом на равные части».

Люди, которые потеряли свои дома,

В точности знают, что означает счастье.

В точности знают, что означает выть,

Плакать украдкой, но близким не признаваться.

Три полугодия люди учились жить,

А на четвертом – учатся улыбаться.

К людям домой война приходила сама –

Злобной мольбой и нежностью автомата.

Людям, которые потеряли свои дома,

Так не хотелось помнить горькие даты.

Им просто хотелось казаться себе живыми,

Им просто мечталось больше не отводить взглядов.

И когда эти люди тихо в подушку выли,

Жизнь обнимала и говорила: «Не надо.

Плач, но живи, ведь я по-прежнему рядом.

Я воскрешу тебя, человече, я дам тебе новое имя».

Сергій Стуканов: Если посчитать с начала военных действий, действительно, у некоторых уже четвертое, а то и пятое полугодие – кто когда выехал. А у вас какое, вы когда уехали?

Анна Хрипункова: Уехала 17 июля 2014 года, никогда не забуду эту дату. Я думала, что мне будет легко это стихотворение прочитать, но оказалось, что это не так, потому что я каждый раз заново это все переживаю. Это пятое полугодие.

Сергій Стуканов: Что вы сейчас ощущаете?

Анна Хрипункова: Я уже почти не плачу. Я тут живу, это моя Родина, я чувствую, что нашла свое место в жизни. И если в 2014 году у меня было ощущение, что меня вырвали с корнями, сейчас я уже чувствую, что расту в новой земле, хотя знаю, что часть корней осталась там.  И сейчас я больше пишу о том, как мы вернемся. И мне хочется верить, что это не стихи, а маленькие предсказания для самой себя.

Сергій Стуканов: Вы собираетесь возвращаться, если будут созданы условия?

Анна Хрипункова: Я собираюсь вернуться в Донецк, чтобы поработать над его восстановления, для людей, которые будут там жить. А потом я уеду.

Лариса Денисенко: Ань, а бывают у вас моменты, когда вы просыпаетесь, и вам кажется, что вы в Донецке?

Анна Хрипункова: Иногда бывают моменты, когда просыпаюсь, и еще сквозь сон мне кажется, что я дома. А бывают моменты наяву, когда остаюсь одна, рядом никого нет, и занимаюсь работой, которую делала дома. И кажется, что я действительно снова дома, что сейчас на диван запрыгнет кошка, которая осталась там. И даже звуки на улице точно такие же. Первое время мне было очень тяжело.

Сергій Стуканов: Каким вам запомнился Донецк?

Анна Хрипункова: Донецк запомнился таким, какой он на самом деле. Что бы там о нем ни говорили, это очень светлый город, город чудесных людей. Некоторые из них сейчас «спят», и в это время наружу вышло что-то плохое, но все это только сон. Все говорят: розы, аэропорт. Нет, это город, прежде всего, людей. Как заметила Елена Стяжкина в своей книге «Мовою Бога», которая вышла недавно, это город, в котором собраны элементы из разных городов мира. Например, кто-то увидел в Мармарисе красивое здание, приехал, и построил в Донецке такое же. Кто-то подсмотрел в Париже красивую улицу, и воссоздал такую же в Донецке.

Лариса Денисенко: Я хотела бы обратиться к Оксане. Вы живете в Мариуполе. Как на ваш взгляд, изменился город за последнее время?

 Оксана Стомина: Я на презентациях сборника обращаю внимание всех, что под именем каждого автора значится его город и место жительства. Почти у всех авторов получается два разных города, в скобочках указывается тот, в котором люди оказались. И мне очень повезло, потому что у меня там стоит только один город.

Было очень не просто пережить весь этот период. Я оценила, что такое флаг, который висит на доме. У нас даже когда исполком был захвачен, очень долго в центре на самом высоком здании висел украинский флаг. Каждое утро я первым делом смотрела на него. И когда в один момент его не стало, это было для меня огромной трагедией. Позже его снова повесили, и я очень этому рада.

Город действительно поменялся. Прежде всего, люди активизировались, проснулись и «скучковались» патриоты. С самого начала выходили, взявшись за руки, окружали город, стояли с флагами. И у меня такая ассоциация, что до сих пор так и стоят.

Перемены позитивные. Наверное, они связаны с тем, что большинство людей осознали себя украинцами и пытаются, несмотря ни на что, делать страну лучше.

Лариса Денисенко: Наш коллега Алексей Бурлаков, который тоже из Мариуполя, также издал книгу. И там есть интересная ассоциация, что Мариуполь – это город, который ждет, как будто война как ребенок – звонит в кнопку звонка, и убегает. Открываешь – ее там нет, но присутствие ощущается. Хочу, чтобы вы прочитали что-то из своих произведений, чтобы мы поняли, какой Мариуполь для вас в стихах.

Оксана Стомина: Я прочитаю «Привоенные города».

Уходя ненадолго, прощаешься навсегда,

А по ком-то уже сегодня нальют по двести.

Так они и живут, привоенные города,

Обгоревшие точки на карте военных действий.

У порога – тревожная сумка или мешок.

Все куда примитивнее, проще для них отныне.

После первых обстрелов, как только проходит шок,

Наступает большое устойчивое унынье.

Привоенные судьбы – прислушиваться к хлопкам,

Обживаться в подвалах, читать фронтовые сводки.

Все, наверно, когда-нибудь кончится, а пока

Не спасают ни вера в людей, ни бутылка водки.

Здесь рассветы и вспышки разрывов сочатся сквозь

Чуть надтреснутый лед перечеркнутых накрест окон.

Здесь во время обстрелов надеются на «авось»,

Потому что от этих крестов никакого прока.

Так они и живут, привоенные города.

Привоенные страхи гнетущи, но к черту прочих.

Привоенные женщины раньше седеют, да,

Привоенные дети взрослеют быстрее прочих.

В остальном эти люди не хуже, не лучше вас.

Человек ко всему привыкает, как все живое.

Все нормально. Сегодня стреляли всего шесть раз,

За истекшие сутки «двухсотых» всего лишь двое.

Сергій Стуканов: Оксана, если я не ошибаюсь, презентация сборника прошла уже в двух городах. Где в ближайшее время можно прийти послушать вас и приобрести эту книгу?

Оксана Стомина: Мы уже были на запорожской «Книжковій толоке», и планируем вернуться в Запорожье еще раз. Презентация там прошла прекрасно, люди приходили пообщаться. В 20х числах октября возвращаемся в Одессу, где тоже уже были недавно. В декабре нас пригласили в Луцк, и дальше, дальше. Обязательно будет большая встреча в Киеве. Мы о ней сообщим позже.

Вообще на наших презентациях очень интересная атмосфера. Одна из авторов, Ия Кива, пошутила, что это похоже на сбор анонимных алкоголиков. Знаете, когда люди больны одной «болезнью», они льнут друг к другу, чтобы поддержать.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.