Слухати

Мы знаем, как сделать так, чтобы 3 млрд долларов не вернулись агрессору, — Сенченко

22 січня 2017 - 20:27
FacebookTwitterGoogle+
В Высоком суде Лондона закончился очередной этап слушания по иску Российской Федерации против Украины в деле о возврате 3 миллиардов долларов «кредита Януковича»

Украина взяла кредит в размере 3 миллиарда долларов в 2013 году, а срок погашения истек в декабре 2015 года.

Как проходит процесс, узнаем у руководителя Всеукраинского общественного движения «Сила права» Андрея Сенченко, который говорит, что есть способ этот кредит не выплачивать.

Андрей Сенченко: В феврале прошлого года РФ подала иск в высокий суд Лондона против государства Украины.

На этом этапе, который завершился, суд рассматривал лишь документы, связанные с дальнейшей процедурой рассмотрения этого дела. То ли она будет укороченная, то ли полная с предоставлением всех возможных документов и аргументов.

Сейчас суд решает этот вопрос, и по опыту Лондонского суда, можно сказать, что на решение у судьи уйдет где-то от одного до трех месяцев.

Далее, если будет укороченная процедура, то рассматриваться будут только документы, которые связаны с финансами — одна сторона попросила кредит, другая — предоставила. В этом случае мой прогноз неутешительный. Я полагаю, что вердикт в лондонском суде будет отрицательный для Украины.

Если же будет полная процедура, то суду понадобятся аргументы Украины, подтверждающие российскую вооруженную агрессию. И тут мы попадаем в сложную ситуацию.

Проблема заключается в том, что, если бы у нас была нормальная правовая оценка того, что происходит на Донбассе и в целом, российской агрессии, то вопрос возврата не стоял бы как таковой. Но с учетом того, что у нас так называемое АТО, с аргументами будет сложно.

И тогда в суде понадобятся как раз те решения, которые инициировала наша общественная организация «Сила права», которыми устанавливается юридический факт того, что конкретные украинские граждане пострадали в результате российской вооруженной агрессии на части территорий нашей страны.

Если государство Украина проиграет в лондонском суде, мы знаем, как сделать так, чтобы эти 3 миллиарда долларов не агрессору вернулись, а пошли на компенсацию пострадавшим гражданам

Татьяна Курманова: Если Украина проиграет суд в Лондоне, нам придется возвращать эти 3 миллиарда. Таким образом мы можем апеллировать к ранее выигранным вашей организацией решениям о невозврате этих средств?

Андрей Сенченко: Если произойдет проигрыш в Лондоне, то это проиграет государство Украина, которая является стороной в этом процессе.

Мы же поддерживали иски от совершенно другой стороны — от пострадавших украинских граждан. И эти граждане выиграли и продолжают выигрывать целый ряд судов у Российской Федерации, и на основании этого РФ должна заплатить.

Дмитрий Тузов: О каких суммах идет речь?

Андрей Сенченко: Сумы разные. Если речь идет о вынужденных переселенцах, то как правило, сумма компенсации морального ущерба составляет 35 тысяч евро на одного человека. Если речь идет о семье погибшего, то сумма компенсации морального ущерба составляет 60 тысяч евро на каждого члена семьи. Таких людей 2 миллиона человек в нашей стране. И когда мы спрогнозировали, какова может быть сумма компенсаций пострадавшим от российской вооруженной агрессии, то пришли к выводу, что она может превысить 100 миллиардов долларов.

И если государство Украина проиграет в лондонском суде, мы знаем, как сделать так, чтобы эти 3 миллиарда долларов не агрессору вернулись, а пошли на компенсацию пострадавшим гражданам. Ради этого мы развернули работу по всей стране, у нас работает 21 приемный центр в областных центрах страны. Там принимают пострадавших, помогают подготовить документы в суд, и мы сопровождаем весь судебный процесс до исполнения решения.

 

 

Дмитрий Тузов: Такая юридическая помощь бесплатная для граждан Украины?

Андрей Сенченко: Она абсолютно бесплатная.

Татьяна Курманова: Я знаю, что у вас есть решения о взыскании средств. И как много таких решений?

Андрей Сенченко: Решения о взыскании базируются на установлении юридических фактов, поэтому они чуть опаздывают по сравнению с решениями об установлении юридических фактов того, что конкретный гражданин пострадал в результате российской агрессии. Положительные решения у нас есть уже в 11-ти областях нашей страны.

Татьяна Курманова: Каков механизм исполнения решений?

Андрей Сенченко: Первое решение не требует исполнения, оно лишь фиксирует доказательства, которые могут быть исполнены как гражданином, так и государством Украина в лондонском суде, если наступит полная процедура рассмотрения.

Дальше мы подаем исковые заявления, их пока 2, но я думаю, что в феврале появятся до 10-ка, и дальше вал их будет нарастать.

Дмитрий Тузов: Почему Украина не обращается в международные суды по факту российской агрессии? И кто это должен делать?

Андрей Сенченко: Это должно делать Министерство юстиции, к этому причастно и Министерство иностранных дел. Когда речь о финансовых интересах державы, подключается и Министерство финансов. Если буксуют подчиненные, то есть руководство — правительство, Гройсман. В конце концов, суды против другого государства можно отнести и к сфере международной деятельности. А за внешнюю политику в стране у нас отвечает президент.

На мой субъективный взгляд, центр дестабилизации находится на Банковой, центр коррупции именно там

Дмитрий Тузов: Может ли украинский народ подтолкнуть власть к тому, чтобы она действовала активней? Возможно, речь идет также о судебных обращениях?

Андрей Сенченко: Здесь претензии скорее политического характера. А для удовлетворения политических претензий существуют иные механизмы — это выборы. Сегодня президент сказал, что он не допустит дестабилизации и реализации сценария досрочных выборов. Но тут надо разделить: дестабилизация в стране — это одно, ведь причины, которые дестабилизируют нашу страну, есть, как и вне, так и внутри. И на мой субъективный взгляд, центр дестабилизации находится на Банковой, центр коррупции именно там. Поэтому нельзя ставить знак равенства между дестабилизацией и досрочными выборами. Досрочные выборы как раз — это конституционный механизм оздоровления власти, это неотъемлемое право граждан.

Дмитрий Тузов: Поясните, что значит — центр коррупции находится на Банковой?

Андрей Сенченко: А разве нам неизвестно, что у нас на сегодня практически во всех сферах монополизирована деятельность? Президент присвоил себе полномочия, которые выходят за пределы Конституции. Он сегодня формирует состав национальных регуляторов. Простой пример — выкормыш из «Рошена» Вовк, который возглавляет национальную комиссию по регулированию тарифов в коммунальной сфере и энергетике. И с помощью этой комиссии монополизирована вся сфера, и придуманы эти тарифы на уголь. А на самом деле, та огромная коррупционная составляющая. В этом, с одной стороны, заинтересована Банковая и Порошенко, а с другой стороны, владельцы энергетических активов.

Дмитрий Тузов: Но ведь в стране сформированы антикоррупционные органы. Они не обращают на это все внимания?

Андрей Сенченко: Есть задачи, которые им уже по зубам, а есть задачи, которые еще нет. Не зря же парламент упорно не голосует за предоставление права оперативно-розыскных мероприятий, в том числе, на прослушивание, непосредственно НАБУ. А оставляет это право только за СБУ. А все потому что процедурно НАБУ — это более независимый орган, чем служба безопасности. И получается, что есть колпак над теми, кто должен заниматься борьбой с коррупцией.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.