Слухати

Какие мы знаем исторические мифы о Донбассе, и как они возникли?

23 грудня 2016 - 22:06 76
Facebook Twitter Google+
Как появляются исторические мифы, почему они так живучи и как влияют на нашу жизнь? «Вільна академія змін» инициирует очередное общественное обсуждение на эту тему

В студии «Громадського радио» мы поговорим об этом с доктором философских наук Наталией Кривдой и Михаилом Фельдманом, организатором public talk «Вільної академії змін».

Анастасия Багалика: На сколько процентов исторические мифы формируют нашу повседневную жизнь?

Наталья Кривда: Мифы — вечны, и они формируют наше сознание: общественное, историческое, культурное. Это та система конструкций, механизмов и инструментов познания и восприятия мира, которая формируется первой. Она наполняется новым содержанием, но формы остаются те же. Мы также зависим от особенности мифологического мышления в принятии каких-то решений, в построении отношений с миром.

Анастасия Багалика: Какие мифы прозвучат на public talk?

Михаил Фельдман: У нас в ноябре прошли 6 встреч с Виталием Портниковым по истории Украины, начиная от Киевской Руси, и до наших дней. И каждый раз, когда мы встречались с аудиторией, мы получали одни и те же вопросы, связанные с историческими мифами.

После этого мы приняли решение, что об этом нужно обязательно говорить, и объяснять, где правда, а где — миф.

Соответственно, на public talk мы будем обсуждать европейские мифы, говорить о тех мифах, которые сопряжены с территорией, на которой сейчас находится украинское государство. Здесь проживало огромное количество народностей, и очень много мифов связано со взаимоотношениями между этими народами.

Отвечая на ваш вопрос, скажу, что буквально сегодня мы разместили информацию о Стахановском движении, которое полностью является мифом. Андрей Стаханов перевыполнил норму в 14 раз, был объявлен героем, началось Стахановское движение, и советская власть очень эффективно эксплуатировала этот миф. Все это неправда. Норма была выполнена тремя людьми, и метод Стаханова — добывать уголь втроем, как раз и стала основной для эффективной добычи 102-х тонн угля.

И это делалось для того, чтобы мобилизовать рабочий класс, для того, чтобы люди лезли из кожи вон, чтобы добиться успехов для строительства страны, причем бесплатно.

Михаил Кукин: И эти мифы действительно очень часто работают, иначе власти бы их так не использовали, верно?

Наталья Кривда: Культурное человечество насчитывает несколько десятков мифов, которые активно используются. Всякая власть легитимизирует себя через создание системы мифов, — политических и исторических.

Анастасия Багалика: Открытость власти — это тоже миф?

Наталья Кривда: Конечно, есть много хороших приемов, открытость и псевдодоступность — прекрасный инструмент манипуляции общественным сознанием. Депутат открыт, министр может выйти в люди, дать пресс-конференцию и т. д. А на самом деле, на принятие решений обычные граждане имеют очень опосредованное влияние. Но открытость привлекает нас, и когда мы видим, как в прямом эфире ругаются два министра, показывают свои эмоции, мы чувствуем общность, чувствуем себя такими же, как и они.

 

 

Михаил Кукин: Но миф состоит не только из выдумки. В основе мифа есть определенные правдивые исторические факты?

Наталья Кривда: Да, причем всегда. Миф — не выдумка, не фантазия, это описанная реальность людей того времени определенными терминами в определеной системе координат.

Михаил Кукин: Есть два очень популярных мифа Украины, активно эксплуатируемых всеми властями. Один миф — восток и запад Украины очень разные, другой — о том, что на востоке всегда говорили на украинском языке. Как по мне, и то, и другое — мифы, в основе которых и лежат исторические факты, как вы говорите, в определенной системе координат. Почему это до сих пор работает?

Михаил Фельдман: Я считаю, что самая большая проблема — это проблема в коммуникации и в ее отсутствии. Если запустить соответствующую коммуникацию, то подобные мифы сами по себе начинают взрастать у каждой части населения по-своему. И отсутствие коммуникации со стороны власти и со стороны научных кругов также является одной из причин появления и развития мифов.

Наталья Кривда: Мне кажется, не так много мифов в том, о чем вы говорите. Существует понятие культурного многообразия и культурных регионов. Государство как некая система должна научиться работать с языками, с регионами, со стилем жизни, со способами мышления разных частей своей территории.

Независимое государство Украина очень неактивно и неэффективно занималось культурной и языковой политикой. Поэтому, к сожалению, очевидно, есть какие-то исторические и культурные основания для создания этой манипулятивной фразы о разнице между востоком и западом.

Анастасия Багалика: Чувствуете ли вы, что сейчас формируются новые исторические мифы, и какие?

Наталья Кривда: Да, сейчас именно такое время. Один из мифов, наполнен очень реальным смыслом — это самоорганизация общества, новое гражданское общество Украины. Это очень реальное движение, которое нужно правильно героизировать, дать ему нужное звучание. И мне кажется, это единственное социальное спасение Украины.

Михаил Фельдман: Мне кажется, что героизация украинских героев без четкого и критического взгляда на них, а они были все черно-белыми, — это часть мифа. И с этим нужно бороться.

Михаил Кукин: Есть ощущение, что и миф об идеальности Европы нас покидает?

Наталья Кривда: Да, и мы плачем, потому что замены нет.

Михаил Кукин: Собственное гражданское общество может быть заменой?

Наталья Кривда: Я очень не люблю выражение «Мы идем в Европу». Я всегда говорю: «Давайте построим Европу здесь». Все стандарты и ценности должны быть реализованы нами.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.