Слухати

Некоторые зрители ходили на наш спектакль по четыре раза, - Александр Шмаль

12 травня 2017 - 10:57 149
Facebook Twitter Google+
Режиссер Александр Шмаль о киевской премьере спектакля «Godo 2.0» по мотивам трагикомедии Семюеля Беккета

Александр Шмаль, арт-директор фестиваля восточный Экспресс, руководитель театральной мастерской «Art&Гарт», рассказывает о киевской премьере спектакля «Godo 2.0» по мотивам трагикомедии Семюеля Беккета «В ожидании Годо».

Исполнители главных ролей в «Godo 2.0» Антон Федоров  и Захар Бенько - выпускники его театральной мастерской, актеры, «не испорченные театральным образованием», — говорит Александр Шмаль. 

«Я — категоричный противник социального театра, — рассказывает Александр Шмаль. — Каждые человек может измениться, если осознает, что он человек».

Киевская премьера «Godo 2.0» состоялась 11 мая в арт-пространстве «Mezzanine». Разговор в эфире «Громадського радіо» состоялся за несколько часов до премьеры/

Александр Шмаль: Для Киева это премьера, и я очень рекомендую всем этот спектакль посмотреть. Вчера было хорошо написано в Facebook: «Я иду на спектакль не из-за Шмаля, которого я уважаю, а из-за совершенно невероятных актеров Антона Федорова и Захара Бенько». Эти ребята всего год в театре, у них нет театрального образования, они не испорчены, как я говорю, театральным образованием, но они год занимались у Шмаля. В результате они воспитаны исключительно по моей методике. И спустя год они сыграли «Godo» на фестивале «Восточный экспресс» и получили сертификат жюри за лучший актерский дуэт. Это о чем-то говорит, учитывая, что там был «Дикий театр», театр «ТрансЛабораториум», «Театр 19», то есть конкуренция была очень серьезная. И тем не менее эти ребята получили его, и благодаря этому сертификату мы теперь в Киеве.

Татьяна Трощинская: «Godo 2.0» – это интерпретация культовой пьесы Беккета?

Александр Шмаль: Безусловно, да.

Татьяна Трощинская: Это сложный спектакль, наверное, для массового зрителя. «Mezzanine» все-таки не массовый.

Александр Шмаль: «Mezzanine» не может быть массовым зрителем. Но всем, кто считает себя продвинутым, я этот спектакль рекомендую. Все говорят, что этот спектакль в числе тех, которые нельзя не видеть. Он не лучше и не хуже других, как и театры, но тем не менее он абсолютно ни на кого не похож. Это театр с абсолютно собственным лицом. Поэтому его стоит смотреть. Тем более, что мы в Киеве уже были в октябре прошлого года и в Центре Курбаса сыграли с успехом «Голоса», интерпретацию другой культовой пьесы Жана Кокто «Человеческий голос». После того фестиваля прошла вне конкурса пьеса «Так не сказал Заратустра» с великолепным Павлом Алёшиным. И теперь вот третий спектакль в Киеве. Почему я это вспомнил? Потому что тогда был аншлаг и те, кто видел те два спектакля, надеюсь, что они увидели или услышали о том, что мы показываем «Godo» Это обязательно к просмотру.

Татьяна Трощинская: Это немного другой «Годо», герои другие. Что нового из того, что Вы можете раскрыть сейчас?

Александр Шмаль: Меня долго привлекала эта пьеса, и я несколько раз брался за нее. Было много случаев и один из них, когда актеры не смогли сыграть «Годо» после «Гамлета». Причем «Гамлета» они сыграли великолепно, мы показывали его в Киеве в Театре на Подоле на фестиваль «Березілля». Его очень хорошо приняла киевская публика, все прошло с успехом. Сразу после этого мы начали делать «Godo», но ничего не получилось.

С тех пор я долго присматривался к этой пьесе. В 2004 году, когда я набрал актерский курс в Луганске, мы к ней вернулись и сыграли. Спектакль этого года называется «Godo 2.0», потому что он второй, а тот назывался «Godo 2004». Тогда мы нашли совершенно необыкновенное решение, учитывая, что младшему актёру не было и 17 лет. У Беккета два бомжа сидят на перекрестке под каким-то одиноким голым деревом, и потом сюда приходят Лакки, Поццо, мальчик. У нас это не бомжи, а тинэйджеры, которые выброшены на следующий день после выпускного вечера и больше никому не нужны, не интересны. Они выброшены на обочину, они ждут этого Годо. В спектакле нет этих Лакки, Поццо, потому что они сами их изображают, у них одна проблема – им нужно как-то коротать время. И нет мальчика (тут уже я не буду выдавать секрет: мальчика нет, но будет). То есть спектакль играют два актера. Очень стильная минималистская сценография. Учитывая то, что и у нас в Северодонецке лофт, здесь тоже лофт – мы в своей атмосфере. После этого спектакля у нас не было ни одного человека, который бы не остался под впечатлением. Были те, кто не понял, но спектакль из головы у них не шел (в чем они сами признались в соцсетях). Как выразился один мой друг: «Порвали, сволочи».

Татьяна Трощинская: Это понимание, может, догоняет кого-то спустя время, проходит осмысление. Насколько сейчас эта проблема ненужности, выброшнности или ожидания неизвестно чего, такого бездействия, есть большой социальной проблемой для Вас?

Александр Шмаль: Я категорический противник социального театра. Для меня существует одна-единственная социальная проблема под названием «человек». Я считаю, что все проблемы у нас в обществе разрешимы, если каждый осознает, что он человек. Это в спектакле для меня было наиболее важным. С точки зрения «социального театра» меня интересует только человек. А с точки зрения театра как такого меня интересует только актер. Для меня он первая и последняя инстанция. Поэтому режиссер, ничего не получив на «Восточном экспрессе», не очень переживал по этому поводу. Для меня самое важное, что актеры получили, при чем дуэт, сертификат. Для меня это самая высокая оценка.

Татьяна Трощинская: А как прошел в Северодонецке «Godo»?

Александр Шмаль: В Северодонецке спектакль бьет рекорды сборов, несмотря на то, что бывают случаи, когда в зале сидит всего несколько человек. Там резко изменилось население по своей структуре, потому что в 2014 году очень многие уехали. В то же время приехало очень много переселенцев, которым чужд театр по определению, с одной стороны. С другой стороны, сказывается денежный вопрос, а билеты сейчас в театры очень дорогие. Но с них практически мы получаем копейки, поскольку накладные расходы, многое уходит на аренду. За счет этого изменения состава города, по моему мнению, театралов осталось очень мало. Я сегодня точно знаю, что у меня в 150-тысяном городе есть 50 зрителей.

Татьяна Трощинская: Но это верные зрители?

Александр Шмаль: Да. И вот эти зрители, во-первых, собирают коллекцию, они смотрят все спектакли. Есть люди, которые уже смотрели «Godo» по три-четыре раза. Так что этот спектакль и «Так не сказал Заратустра», они уже культовые из восьми, которые мы поставили за один год, пока был грант. Грант закончился в декабре, и вот четыре месяца мы уже существуем милостью божьей.

Татьяна Трощинская: И как вы существуете?

Александр Шмаль: Половина театра разъехалась, пока, считаем, временно. Потерять такой театр сейчас было бы просто преступлением, потому что театр действительно очень сильный. В Facebook вчера писали, что, как в Северодонецке вообще возможен фестиваль, это же сюр? Да, это сюр, потому что киевская команда, киевское жюри, киевские театры приехали в Северодонецк, сыграли фестиваль и уехали. Северодонецкий театр – единственный провинциальный, если так можно назвать. Я не считаю Art&Гарт провинциальным театром, ни в коем случае. При малейшей возможности переехать в Киев мы сделаем это, не задумываясь потому что с наших зрителей вполне хватит недельных гастролей в Северодонецке. А работать там очень сложно. Но вот мне только что звонили мои киевские друзья и сказали, что ты обречен – езжай в Северодонецк как жена декабриста; развивай пятьдесят зрителей в сто. Очень жаль, ведь в Северодонецке огромный университет, туда перевели вузы с Луганска, в том числе Восточноукраинский университет. Для меня совершенно поразительно, что сегодня у нас будут студенты [Университета театра, кино и телевидения имени] Карпенко-Карого, которые знают этот театр, меня, моих актеров, наши спектакли, и они с удовольствием будут смотреть их, а студенты Восточноукраинского университета, они почему-то больше интересуются флэш-мобами с 20-метровыми флагами.

Татьяна Трощинская: Может это тоже ожидание Годо?

Александр Шмаль: Да, это ожидание Годо. Я свято отношусь ко всему украинскому, включая флаг, но дело в том, что это не меняет сознание людей. Если бы это что-то меняло, я бы сам ходил каждый день с ребятами. Но это ничего не меняет, а театр меняет. Те люди, которые к нам попадают, в конце концов те, которые не боятся не понять и выглядеть дураками. Так ведь, пока ты не поймешь, что ты дурак, ничего не изменится.

Татьяна Трощинская: Как понял, так и понял. Это же тоже вариант. Если ты думаешь потом, то неважно, как ты понял. Вы ведь перед собой не ставите задачу, чтобы вас поняли именно так?

Александр Шмаль: Сегодняшний именинник Сальвадор Дали, когда-то на своей выставке на вопрос: «Ваши картины совершенно непонятны. В них смысл есть?» – Ответил: «Конечно есть». – «А вы можете объяснить?» – Он сказал: «Их там много».

Когда мне рассказывают о «Годо» зрители, я слышу абсолютно о каком-то другом спектакле, но это интересно.

Татьяна Трощинская: Вас это не обижает?

Александр Шмаль: Нет, потому что я не могу навязать свое мнение. Я на самом деле избегаю развернутых аннотаций, рассказов о том, что увидит зритель, по той же причине. Тут вспоминается Тарковский, который говорил, что «Иваново детство» лучше всего понимали десятилетние дети.

Есть спектакли 18+, в том числе и «Godo», в чем легко будет сегодня убедится. Я смотрю появлются дети 10-12 лет. Я подхожу к родителям и говорю: «Вы в курсе?» – «Да, в курсе». – «К нам претензий не будет?» – «Я вот так развиваю своего ребенка». Считаю, что это совершенно правильно (меня воспитывали очно также), не было никаких возрастных табу.

Сейчас у нас странное представление о морали. Амораль должна быть в обществе. Наша амораль еще никого не испортила.

Татьяна Трощинская: Хотела бы спросить о Вашей мастерской и о Вашей методике. Вот есть актеры, которые занимались у Вас год, все-таки это дар или технологии тоже?

Александр Шмаль: Я перестал их понимать. Были случаи, трижды в моей жизни, когда ребята, взятые с улицы, уже через год играют в «Гамлете», «Годо». Тут, наверное, стечение обстоятельств, хотя методика, которая основана на гордживе, если кратко говорить, это театр объективного искусства. Главное в методике то, что она исключает все то, что происходит в театральных институтах: вот был такой великий актер Мочалов, берите с него пример, и будет все хорошо. Они знают очень много этих мхатовских и прочих звезд, но это конкретная работа, конкретные тренинги, которые меняют что-то в энергетике человека, в его сознании. То, что у них меняется сознание, знаю, потому что они приходят ко мне с «Буратино», а потом читают «Улисс». В результате я вижу, что методика эффективна. Надеюсь, мастерская выживет, потому что, наверняка, это будет один из лучших театров в Украине.

Текстовую версию интервью подготовила Анастасия Иванова.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.