Слухати

Родные пленных в ОРДЛО не обращаются в СБУ, пытаясь решить вопрос самостоятельно, — Восток SOS

19 січня 2017 - 16:50
FacebookTwitterGoogle+
Гражданская инициатива помощи жителям восточной Украины и Крыма Восток SOS делает ежемесячный отчет о нарушениях прав человека на неподконтрольных территориях

Результаты за декабрь 2016 обсудим с координатором документирования военных преступлений на востоке Украины «Восток-SOS» Юлией Красильниковой.

Валентина Троян: На какие моменты вы обращали внимание в этом отчете?

Юлия Красильникова: Он ориентирован больше на иностранную территорию, поскольку сейчас за пределами Украины очень мало информации о том, продолжается ли конфликт и что происходит на неподконтрольных территориях.

Последний отчет был сфокусирован на задержаниях людей, на законодательных инициативах неподконтрольных территорий, и на том, реализовывается ли право на проведения мирных собрании.

Ирина Ромалийская: Сколько человек было задержано в декабре, по вашей информации?

Юлия Красильникова: У нас есть информация, но она не полная, потому что люди, которые живут на неподконтрольных территориях, в основном пытаются решить свои проблемы самостоятельно. Они не обращаются в украинские организации и правоохранительные органы, потому что не понимают, как они им могут помочь.

Поэтому они пытаются договариваться на месте, а некоторые и вовсе считают, что их родственники задержаны обосновано, потому как совершили какое-то правонарушение, хотя ситуации бывают разные, и часто это не так.

С той стороны выходит очень мало информации, и никто не знает, сколько там задерживают гражданских лиц.

Валентина Троян: О скольких задержаниях вам известно из открытых источников?

Юлия Красильникова: За последний месяц нам известно о 3-х громких ситуациях. В частности, это задержание Геннадия Беницкого. Также была ситуация, когда человека задержали границе с украинской территорией, он был отпущен через два дня. Там подобные кратковременные задержания являются нормальной практикой. Еще в декабре был задержан Леонид Сычев, которого обвиняют в шпионаже в пользу украинской разведки. Он был задержан в Донецке, хотя проживал на подконтрольной территории. Ему вспоминают, что в 2011-м году он работал в правоохранительных органах. Сейчас он находится в СИЗО, и никакой информации о его состоянии нет.

Валентина Троян: Недавно Ирина Геращенко сказала, что тех ребят из Ультраса, которые были задержаны в Луганске, и подозреваются в подготовке диверсий, боевики даже в списки на обмен не включают. Вашей организации что-то о них известно?

Юлия Красильникова: Тут очень странная ситуация, ведь у нас есть информация от том, что родственникам говорят, что Украина их просто не запрашивает. Представительница так называемой «власти» «ЛНР» Кобцева говорила, что их готовы включать в обменные списки, но их никто не просит это делать.

Ирина Ромалийская: Насколько я помню, СБУ утверждала, что родные живут на неподконтрольных территориях, поэтому речь не идет об обмене, только о том, чтобы их просто отпустили, потому что выезжать им на подконтрольную территория не к кому.

Юлия Красильникова: На самом деле, большинство тех, кто побывал в подвалах «Л/ДНР» после освобождения никогда не возвращаются на те территории. И весьма вероятно, что этим парням было бы разумно после освобождения выехать. Поэтому это слабый аргумент.

Хотелось бы, чтобы их освободили, но что будет дальше, непонятно. Например, двоих парней из Ультраса уже освободили, но без права выезда с территорий, контролируемых вооруженными формированиями, и с ними сейчас нет связи, они не общаются со своими прежними друзьями, наверняка, очень запуганы, находятся в тяжелом психологическом состоянии, и вероятно, нуждаются в помощи.

Валентина Троян: Вы поддерживаете отношения с теми, кто вышел из плена боевиков?

Юлия Красильникова: Да, мы коммуницируем с теми, кто был освобожден. Мы стараемся задокументировать их истории, чтобы в дальнейшем они попали в Международный уголовный суд. Также помогаем им обратится в правоохранительные органы, чтобы был зафиксирован тот факт, что они стали жертвами.

К сожалению, правоохранительные органы мало занимаются такими делами, расследования не ведутся, эти жертвы как пострадавшие нигде не фигурируют, хотя у силовых ведомств есть информация, что они были в плену.

Ирина Ромалийская: Вы упомянули о Геннадии Беницком — это блогер из Луганска. Он описывал на своей страничке в Фейсбук, что происходило в городе, выкладывал фотографии, позволял себе некоторые шутки, но резко негативных высказываний за ним не наблюдалось. В декабре его задержали, и боевики вменяет ему часть 1 статьи 343 их псевдо «уголовного кодекса». Она звучит как совершение действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, и унижение человеческого достоинства. Что известно о нем?

Юлия Красильникова: Ситуация неоднозначная, не очень понятно, что будет дальше и что делается для его освобождения. Такая же история и задержанным в ноябре Эдуардом Неделяевым. Родственники обоих задержанных напуганы, не особо идут на контакт, и пытаются решать ситуацию на месте.

Судя по видео, ребята не в самом лучшем состоянии, вероятно, применялись пытки.

Валентина Троян: Геннадий Беницкий, Эдуард Неделяев, Леонид Сычев — последние задержанные, внесены в списки СБУ? И вообще СБУ информировано о том, что они в плену?

Юлия Красильникова: СБУ берет в работу только те кейсы, когда к ним обращаются родственники. Поскольку у нас нет связи с родственниками, мне сложно говорить по этому поводу. Но что касается ребят из Ультрас, о которых у нас есть информация, то официальная позиция СБУ такова, что это жители неподконтрольных территорий, и включать их в списки нецелесообразно, потому что в дальнейшем это будет использоваться как манипуляции с той стороны, и это сможет спровоцировать еще больше задержаний. Поэтому их нужно освобождать другими способами, а какими — непонятно.

Ирина Ромалийская: В вашем отчете есть глава о создании параллельной правовой системы адвокатуры нотариата судов. О чем идет речь?

Юлия Красильникова: Основные тенденции таковы, что сейчас на неподконтрольных территориях пытаются сформировать параллельную правовую систему — писать какие-то свои законы, проводить суды, но как это функционирует на практике, большой вопрос. Ведь это не имеет никакой юридической силы для Украины.

Но судя по тому, что конфликт, вероятно, будет разрешен еще не скоро, наверное, это логично, потому что им надо как-то жить, коммуницировать, у них же есть свои потребности и правонарушения.

Единственное, что совершенно невозможно понять, как это все функционирует, например, как ведутся суды на теми же задержанными. Потому что родственники о них не информируются, СМИ на тех территориях нет, государственные адвокаты игнорируют родственников, видимо, всячески подыгрывая местной «власти».

Также на неподконтрольных территориях появились некие общественные движения, в которые нужно обязательно записываться. И списки всех госслужащих, включенных в эти новые образования, публикуются на сайте, что создает для них ряд проблем, ведь эти списки видит наше СБУ. Получается, что люди принудительно должны участвовать в таких организациях, в которых, они возможно, и не хотели бы участвовать, и непонятно, какие будут последствия о того, что эта информация опубликована.

Ирина Ромалийская: Например, в «ДНР» сообщают, что численность общественного движения «Донецкая республика» составляет 168 тысяч.

Юлия Красильникова: Это очень странно, зная, что раньше население региона было пассивное и отстраненное. Поэтому представить себе, что в Донецке и Луганске вдруг на митинг добровольно выходит 10 тысяч человек, очень сложно. Плюс нельзя забывать, что настроения в регионе очень осторожные, потому что непонятно, какая власть будет дальше, и что будет за участие в этих собраниях.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.