Слухати

Россия судит за помощь «Правому сектору» украинца, которого у нас считают мошенником, - правозащитница

15 червня 2018 - 22:38
Facebook Twitter Google+
Сигнал украинским волонтерам от России. Украинец Николай Дадеу получил полтора года колонии-поселения от суда в российском Краснодаре за содействие «Правому сектору»

tomak.jpg

Громадське радіо
Мария Томак
Громадське радіо

Подробности этого дела расскажет координатор «Медийной инициативы по правам человека» Мария Томак, которая написла об этом деле подробную статью на сайте «Радио Свобода»

Григорий Пырлик: По информации, которая есть в СМИ, Николай Дадеу был волонтером, затем уехал в Россию и там попал под следствие. Расскажите, что это за человек?

Мария Томак: Я начала о нем собирать информацию еще год назад, когда узнала о его задержании, но то, что я начала узнавать, оказалось малоприятным. Если Николай Дадеу появится в Николаеве, то его просто разорвут в клочья. У него среди местных волонтеров очень плохая репутация, его обвиняют в том, что он аферист, что он занимался волонтерством только частично, а часть денег присваивал. В его адрес звучат очень громкие обвинения, но когда я попытался узнать, есть ли против него какие-то уголовные производства, то выяснилось, что было два уголовных дела, но оба были закрыты по якобы отсутствию состава преступления.

Также интересно то, что Николай был приближенным или возможно остается приближенным к бывшему главе ОДА Николаевской области, у которого тоже не очень хорошая репутация, потому что он был связан с уголовными делами.

Но, тем не менее, уголовное дело, с которым столкнулся Николай Дадеу, является политическим от и до.

Если Николай Дадеу появится в Николаеве, то его просто разорвут в клочья

Григорий Пырлик: Почему Николай Дадеу решил выехать на территорию России?

Мария Томак: У него там проживает супруга, на которой он женился в 2015-м году. Свадьба состоялась в Украине, но она проживала и проживает на территории РФ, а именно в Новороссийске. Я не знаю, насколько он себе представлял, что это будет опасно для него, наверное, нет. Он никогда не был членом «Правого сектора», да и следствие не утверждает обратное. То, за что он был осужден, это даже не членство в организации, это содействие к членству – очень сложная формула. В этом деле вообще все очень зыбко, начиная от самой криминализации «Правого сектора», завершая причастностью к этой организации.

Григорий Пырлик: Свидетели, которые привлечены к делу, с одной стороны, весьма разнообразные, а с другой стороны, притянуты за уши.

Мария Томак: Мне это все казалось бы комичным, если бы не шла речь о судьбе человека. В Украине звучат обвинения в том, что он не волонтер, а в Росси и его задерживают за волонтерскую деятельность. Он попался, потому что он начал заниматься какой-то волонтерской деятельностью на территории России. Они с супругой вроде куда-то детей возили, на какие-то картинги, и местные прикормленные организации приревновали, потому что он начал претендовать на какие-то гранты от местных властей. Его просто загуглили, после чего началась истерика, по типу того, что «правосек» занимается нашими детьми русскими, как это можно допустить? Я думаю, такая истерическая реакция спровоцировала реакцию правоохранительных органов.

Кстати, его не сразу задержали в рамках уголовного дела. Было сначала два административных дела, так часто бывает в делах украинских политзаключенных, когда пока нет повода для уголовного дела, но человека надо придержать. Сначала у него были две административки за то, что он якобы обидел представителя власти.

По поводу свидетелей – это очень интересная картина. Там появляются люди, которые выехали из Донецка, Луганска и из Киева, и они дают показания по поводу того, что в Киеве – хунта, что власть захватили радикалы, нацисты, фашисты. И я знаю, что подобных людей используют не только для этих дел, их свидетельства в огромном количестве уходят в Международный уголовный суд. Также интересны свидетельские показания двух казаков, представителей Новороссийского казачества. Очень смешно было читать, что они видели в 2015-м году в бинокль Николая Дадеу, и он им запомнился, ведь у него такая яркая внешность.  Оказывается, что они вместе с ФСБ патрулировали участок между материковой Украиной и Крымом, и там они увидели толпу «Правого сектора» и Меджлиса, который также запрещен в РФ. Складывается такое ощущение, что ты читаешь какой-то сценарий сюжета Life News.

И есть там эффект разжигания ненависти по отношению к гражданам Украины, потому что там есть акценты, что «фашистский режим» в Киеве был поддержан преимущественно жителями западных областей Украины. И мне очень «понравилось», когда суд воспроизводит слова одного из казаков, который уверен, что Николай Дадеу принимал участие в «кровавых» событиях в Одессе 2-го мая. Причем здесь это все, непонятно, но такое судебное решение.

Тем не менее, уголовное дело, с которым столкнулся Николай Дадеу, является политическим от и до

Григорий Пырлик: С нами на связи адвокат Николая Дадеу Марина Дубровина. Мы хотели бы, чтобы и вы дали свою оценку дела Николая Дадеу. Какие нестыковки вы там находите?

Марина Дубровина: Дело абсолютно фантастическое, ведь Николая осудили за якобы помощь неустановленному лицу, который, возможно, имеет отношение к организации «Правый сектор», а, возможно, не имеет никакого отношения. Ни следствие, ни суд это не выяснял.

Григорий Пырлик: Стоит уточнить, в чем была сама помощь: четыре шины и две рации.

Марина Дубровина: Да, причем Николай сам ничего лично никуда не возил, не доставлял. Человек разместил объявления и все. Причем он размещал разные объявления о разной помощи – и помощь людям, которые осуществляли блокаду, и помощь вооруженным силам. А из всего этого объема эти два объявления послужили поводом, чтобы заводить уголовное дело в его отношение.

В Украине звучат обвинения в том, что он не волонтер, а в Росси и его задерживают за волонтерскую деятельность

Григорий Пырлик: Вы подали уже апелляционную жалобу. Известна ли вам дата ее рассмотрения?

Марина Дубровина: Я думаю, что апелляционная жалоба будет рассматриваться примерно через две-три недели. Потому что мы еще должны получить возражение прокурора, у которого есть на возражение 10 дней. Пока его нет.

Григорий Пырлик: Свою вину Николай не признает?

Марина Дубровина: Ситуация очень странная, потому что он признает размещение этих своих объявлений. Но он не считает, что в этом есть экстремизм, а ведь его обвиняют в пособничестве экстремистской организации. Единственное действие, которое он совершил, — это разместил на своей странице эти объявления. На мой взгляд, здесь нет ни состава, ни события преступления, которое ему вменяют.

Полную версию разговора можно прослушать в прикрепленном звуковом файле. 

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.