Слухати

Я буду судиться с Матиосом, — адвокат российского военного Евгения Ерофеева

04 лютого 2016 - 04:03
FacebookTwitterGoogle+
Адвокат российского военного Евгения Ерофеева Оксана Соколовская: «Такого вранья от главного военного прокурора я еще не слыхала»

13.00_oksana_sokolovskaya_10_0.jpg

Оксана Соколовская / «Громадське радіо»
Оксана Соколовская
«Громадське радио»

Оксана Соколовская, адвокат российского военного Евгения Ерофеева, считает,что дело в отношении нее сфабриковано, рассказала, что в Киев на суд приедут представители министерства обороны России и заявила, что подаст в суд на главного военного прокурора Украины Анатолия Матиоса из-за его интервью Громадському радио.

Ирина Ромалийская: Помимо основного процесса, вам предъявили подозрение в совершении преступления. Вас обвиняют в нанесении ножевых ранений гражданину Михаилу Крамаренко, который по версии следствия сожительствовал с вами. Вы это отрицаете?

Оксана Соколовская: Ваши слова не совсем соответствуют действительности. Прокуратура Киевской области пыталась предъявить подозрение, но оно процессуально не предъявлено, не оглашено и я с ним не ознакомлена. Рано говорить о подозрении. Если говорить о гражданине Крамаренко, то о своею личной жизни я не обязана никому распространяться.

Тем более не имеют права высокопоставленные должностные лица прокуратуры дискредитировать адвоката, который надлежащим образом выполняет свои обязанности. Оскорблять женщину может только униженный жизнью мужчина. В даном случае мы созерцаем такого потерпевшего, у которого есть свои договоренности с прокуратурой.

Ирина Ромалийская: Напомню, что у нас в студии недавно был главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос. Я задавала ему вопрос, не является ли давлением на адвоката Евгения Ерофеева это возбужденное уголовное дело.

Оксана Соколовская: Такого открытого вранья со стороны главного военного прокурора, который является по своей должности заместителем генерального прокурора Украины, я еще не слыхала. В связи с этим мною будут предприняты соответствующие меры.

Михаил Кукин: Вы будете с ним судиться?

Оксана Соколовская: Конечно, для опровержения всех фактов, озвученных господином Матиосом. Я убеждена, что дело сфальсифицировано и направлено на то, чтобы отстранить меня от дела. Поясню почему. Как только дело Ерофеева и Александрова было передано главной военной прокуратуре и началось дальнейшее досудебное расследование, начали предприниматься действия относительно давления против меня. Были поданы обращения в Совет адвокатов города Киева, в квалификационно-дисциплинарную комиссию с требованием привлечь меня к ответственности.

Ирина Ромалийская: Кем поданы обращения?

Оксана Соколовская: Прокуратурой в лице процессуальных прокуроров. Далее, было обращение через судью Тарасюк с жалобой в Высшую квалификационно-дисциплинарную комиссию адвокатуры с целью привлечения меня к ответственности. Когда все методы, предусмотренные законом об адвокатуре, были исчерпаны, пошли уголовные производства. Исходя из заявлений Матиоса, можна сделать вывод, что он осведомлен о моем уголовном производстве. Он знает, что изъято, что является предметом преступления. Но он не может знать физически все процессуальные действия, которые осуществляет прокуратура Киевской области. У нас есть тайна следствия.

Если военный прокурор Матиос истребовал материалы дела себе на проверку, то он не может разглашать или публиковать данные по уголовному делу. Но на Громадськом радио он уже рассказал о проведенных оперативно-розыскных мероприятиях, изъятых ножах, которые являются якобы орудием преступления. Все его слова не соответствуют ни материалам производства, ни обстоятельствам дела. Это только подтверждает тот факт, что под его руководством осуществляются действия по устранению меня от дела Ерофеева.

Ирина Ромалийская:  Нож таки был найден?

Оксана Соколовская: Нож был изъят в процессе обыска. С  ходатайством о проведении обыска прокуратура Киевской области обращалась в суд неоднократно. Разные судьи им отказывали. В ходатайстве, с которым они обратились в этот раз, просили разрешить изъять документы, телефоны, средства связи. Но судья в этой части ходатайства отказала. По факту при обыске был изъят нож, которім мой коллега просто резал яблоко и который потерпевший не опознал как орудие совершения преступления.

Ирина Ромалийская: Почему вы считаете, что вас хотят устранить из дела Ерофеева? И почему именно вас?

Оксана Соколовская: Если начнут работать такими методами по двум адвокатам, то это будет сигнал для мировой общественности, каким образом у нас осуществляется правосудие. Прокуроры обязаны неуклонно придерживаться конституции, законов, выполнять и соблюдать все права человека.

Кроме того, на стадии досудебного расследования Юрий Грабовский не был адвокатом Александрова. Именно мной получены доказательства по делу. Лишь сейчас, когда подошло время для открытия наших доказательств, на меня началось давление.

Ирина Ромалийская: Грабовский без вас не сможет предоставить эти доказательства?

Оксана Соколовская: Практически может. Но прокуратура и суд к этим доказательствам будут относиться скептически потому, что на мои адвокатские запросы я получала доказательства невиновности моего подзащитного Ерофеева, а не Александрова.

Ирина Ромалийская: Какие доказательства невиновности у вас есть?

Оксана Соколовская: Во-первых, по обвинениям прокуратуры они являются российскими военнослужащими. Данный факт не подтвержден. Есть доказательства. Это приказы министерства обороны России о том, что они уволены на момент пребывания в Луганской области.

Ирина Ромалийская: Это традиционная игра россиян, что их военных нет на территории Донбасса…

Михаил Кукин: …что это отпускники или уволенные.

Оксана Соколовская: Я как адвокат руководствуюсь теми материалами и доказательствами, которыми владею.

Михаил Кукин: Как можно доказать, что приказы не изданы задним числом?

Оксана Соколовская: Для этого нужно изымать их личные дела. У меня такой возможности не было. Мне такой информации Российская Федерация не предоставит.

Ирина Ромалийская: Вы говорите, что есть приказы о их зачислении в так называемую народную милицию так называемой народной республики?

Михаил Кукин: Тоже незаконное вооруженное формирование.

Ирина Ромалийская: Будут сложности с принятием этих бумаг и приобщением их к делу?

Оксана Соколовская: Суд обязан их принять. Оценка о их допустимости или недопустимости будет решаться в совещательной комнате коллегией судей.

Ирина Ромалийская: Вы говорили, что будете ходатайствовать о допросе руководителей так называемой народной милиции. О ком идет речь?

Оксана Соколовская: Речь идет о командирах, которые принимали их на службу, лицах, которые участвовали в боестолкновениях со стороны боевиков в городе Счастье, лица из министерства обороны Российской Федерации, которые приедут поучаствовать в судебных заседаниях.

Ирина Ромалийская: Уже на следующем заседании 10 февраля следует ожидать представителя минобороны России?

Оксана Соколовская: Нет.

Михаил Кукин: А как насчет идеи с допросом Плотницкого.

Оксана Соколовская: Это возможно только в режиме видеоконференции. Но вполне осуществимо.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.