Слухати

Зло всегда имеет имя, фамилию и должность, — эксперт о борьбе с рейдерством

11 листопада 2016 - 00:06 196
Facebook Twitter Google+
О проблемах борьбы с рейдерством в Украине рассказывает исполнительный директор Антирейдерского союза предпринимателей Андрей Семидидько

Сергей Стуканов: По вашим оценкам за последние 15 лет в Украине произошло более 30 тысяч случаев рейдерского захвата собственности? Это может и скупка акций, и неправомерные судебные решения, изменения акционеров и так далее. Как с таким разнородным явлением можно эффективно бороться в наших условиях?

Андрей Семидидько: Я думаю, что здесь не вопрос, как с этим бороться, а как применять законы, которые сейчас уже есть. Это не когда начинает подниматься вопрос, а давайте мы еще отшлифуем законодательство, давайте сначала введем упрощенную регистрацию предприятий и переоформления прав собственности, а потом, получив вал обращений и рейдерских действий, отменим.

Уголовное законодательство предусматривает преследование за создание организованных преступных групп, за завладение чужой собственностью, вынесение неправосудного решения, захват предприятий, коррупцию. Но никто не применяет уголовное законодательство для пресечения рейдерских групп.

Дмитрий Тузов: То есть в законодательстве достаточно положений для пресечения, осталось дело за малым — заставить это все заработать, как это можно сделать?

Андрей Семидидько: Хотя бы одну выявленную группу — мы уже тридцать групп выявили — привлечь к ответственности, а они все продолжают работать, кроме Андрея Портнова, который уехал. 

Сергей Стуканов: О каких масштабах идет речь?

Андрей Семидидько: Возле каждой финансово-промышленной группы, возле каждого олигарха работают дерзкие юристы, дерзкие охранные структуры, которые занимаются перераспределением собственности.

Сергей Стуканов: Мы помним, даже Корбан в интервью открыто говорил, что занимался рейдерством, присвоил или захватил десятки предприятий?

Андрей Семидидько: Да, и когда он попытался поиграться в политику, его пресекли и за предыдущие дела тоже.

А сейчас, опять же, те, кто раньше занимался рейдерством или присвоением государственной, народной собственности, начинают одевать на себя «белые» одежды. Но нужно смотреть на бэкграунд этого человека, откуда он вышел, чем занимался 10-15 лет назад?

Дмитрий Тузов: Но должны быть и судебные решения?

Андрей Семидидько: Поэтому сейчас и нужно поднимать вопрос не столько о пресечении рейдерских действий, потому что это уже мелки трения двух-пяти айсбергов, которые остались в Украине, а может, действительно, сначала необходимо провести аудит олигархической собственности, каким образом они стали обладателями крупных активов?

Дмитрий Тузов: Вы говорите, что такие процессы блокируются?

Андрей Семидидько: Как-то затих вопрос о признании режима Януковича преступным. Не принято постановление, в судебную плоскость не передано оценку действий группы Януковича.

Дмитрий Тузов: Насколько мне известно, сам Янукович получил от Генеральной прокуратуры восемь подозрений о совершении уголовных преступлений, в том числе экономических?

Андрей Семидидько: Да, но выиграл в Европе суды, где заблокировали его имущество, и сейчас даже Украина по Европейскому суду должна перечислить порядка 300-400 тысяч евро структурам Януковича.

Дмитрий Тузов: Да, потому что Украина не передала необходимые доказательства его вины.

Андрей Семидидько: И мы снова возвращаемся — персональной ответственности никто не понес. У всего зла есть персональность, есть имя фамилия, должность. И поэтому, если не было передано доказательств о преступном сговоре Януковича и его группы, группы Левочкина, Ахметова, то не могут приниматься механизмы возврата государственной собственности у преступников, которые участвовали в захвате власти.

Сергей Стуканов: Почему до сих пор все связанные с режимом Януковича не привлечены к ответственности?

Андрей Семидидько: А разве что-то изменилось, кроме новой формы? Новая форма — да, но не реформа. И, фактически, те же люди сейчас заходят во власть. 

Дмитрий Тузов: А реально заходят во власть, в исполнительную, законодательную?

Андрей Семидидько: Треть Верховного Совета. Фактически, младшие братья заходят. Сейчас уже начинают заходить во власть дети тех людей, которые занимались присвоением государственной собственности. Они, фактически, уже занимаются преемственностью и передачей своей власти.

Сергей Стуканов: А что должно случиться, какие условия должны измениться, чтобы дела доходили до своего логического завершения?

Андрей Семидидько: Конечно, любимая фраза «нужна политическая воля». Но политической воли от торговцев не будет. Люди используют сейчас власть для реализации своих корыстных интересов.

Дмитрий Тузов: Если говорить о динамике рейдерских захватов, что-либо поменялось в течение последнего года-двух?

Андрей Семидидько: При «преступной власти» использовалась правоохранительная система, через которую «под ключ» можно было получить контроль над предприятием — через возбуждение уголовного дела, задержание, обыски, силовое давление. Сейчас можно сказать, что рейдерство — это производная от коррупции. Потому что рейдерство не произойдет без использования коррупционных связей в суде, правоохранительной системе, административных органах. Можно говорить о концентрированной коррупции, только еще плюс силового, криминального элемента.  

Сергей Стуканов: Новая полиция может каким-то образом в этом помочь?

Андрей Семидидько: Рост преступности в Киеве, Киевской области — 200% по сравнению с предыдущим годом. Мне Хатия Деканоидзе говорит, что порядка пяти или восьми тысяч специалистов в следствии недобор.

Сергей Стуканов: Это фактическое состояние, но, в принципе, реформа правоохранительной системы могла бы помочь победить рейдерство?

Андрей Семидидько: Я думаю и уверен, что так и будет. Я смотрю опыт Польши, Прибалтики, Восточной Европы, когда страна фактически открывается для глобализма, начинает заходить транснациональный капитал, а самый главный принцип — это стержни по фиксации неприкосновенности и безопасности частной собственности. 

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.