Слухати

У підвал «ДНР» можна потрапити легко: не так став, не так дорогу перейшов, — колишній полонений

04 вересня 2015 - 15:30
FacebookTwitterGoogle+
В студії «Громадського радіо» людина, яка приїхала із Сніжного, що на Донеччині

Назвемо його Сергій. Він відмовляється назвати своє ім’я, адже непокоїться долею своїх рідних і друзів, котрі мешкають у Сніжному. Сергій погодився розказати «Громадському радіо» про те, як близько двох тижнів провів у так званому підвалі.

Галина Бабій: Ваша історія доволі печальна і свідчить про те, що бандити, так звані ДНРівці, мають повноту влади у вашому містечку і роблять там, все що хочуть. Ви пізнали все це сповна. Розкажіть свою історію.

Сергій: Очутился я так сказать, в так называемом подвале.

Галина Бабій: Але так може статися будь з ким, хто не сподобається бандитам?

Сергій: Причиной может встать что угодно, не так посмотрел, не так стал, не так дорогу перешёл. Автомобильный транспорт, особенно ополченцев в приоритете. Все правила, которые были установлены ГАИ, упразднились.

Галина Бабій: Вони вас заарештували, ви були в стані алкогольного сп’яніння?

Сергій: Нет, я был трезвый абсолютно.

Галина Бабій: Ви з ними сперечались?

Сергій: Нет. Мне сказали сесть в машину.

Галина Бабій: На вас була українська символіка?

Сергій: Нет. Ничего не было.

Галина Бабій: Тобто звичайний громадянин йде своїм рідним містом і його арештовують.

Сергій: Да.

Галина Бабій: Не будемо в подробиці впадати, тому що це може викликати підозру в тих, хто досі залишається в Сніжному і досі пам’ятає вас, як місцевого мешканця. Ви потрапили до них під арешт. Як це було, за яких умов? Де вас тримали?

Сергій: Это помещение военкомата, подвальное. Привезли, закрыли сразу, там такая камора у них, будка какая-то, в полный рост стать невозможно. Посидел какое-то время, потом вызвали в кабинет. Человек 12 присутствовало на допросе. Я имел при себе документы. Там на данный момент без документов просто нельзя, комендантский час, нужно находиться с паспортом. Начался допрос. В процессе допроса побили.

Галина Бабій: Що вони хотіли дізнатися?

Сергій: Откуда, чего, как? Чем занимаешься? Взяли мобильный телефон.

Галина Бабій: В паспорті ж написано: прописка, ваше місце народження. Все рівно питали?

Сергій: Конечно. Первые вопросы были о том, голосовал ли на референдуме. Я естественно сказал, что нет. И судим или нет. Я принципиально не ходил, я считаю себя гражданином Украины, и поэтому, всё, что делается не властями…

Галина Бабій: Але ви могли заради власної безпеки сказати неправду їм.

Сергій: Они к этому хитро психологически подходят. Если ты голосовал, начинают давить на то, что ты уже якобы гражданин ДНР. Дальше начинается диалог, который может привезти к чему угодно. Это, скорее всего психологическое давление. А когда ты находишься и понимаешь, что ты в принципе оттуда не выйдешь, можешь вообще не выйти никогда.

Галина Бабій: У вас був такий страх?

Сергій: Да, конечно. Угрозы были по поводу расстрела, вывезем в балку, прикопаем.

Галина Бабій: А таке буває доволі часто?

Сергій: Судя по рассказам людей, которые работают у нас на центральном кладбище, довольно часто.

Галина Бабій: Туди привозять невпізнані тіла?

Сергій: Даже живых людей, которые уже оттуда не возвращаются.

Галина Бабій: Ви сказали, що не ходили на референдум. Вони стали жорстокішими?

Сергій: Агрессивное поведение было с самого начала. Передёргивание затворов оружия, доставание ножей. По крайней мере, своими ответами, я никоим образом их не спровоцировал, они были сразу агрессивно настроены.

Галина Бабій: Вони забрали у вас паспорт?

Сергій: Документы, портмоне, всё, что было. Потом уже сообщили родственникам. Родственники пришли, им все это отдали. Потом прозвучала реплика: «Ты понимаешь, чем тебе это грозит?». Я это расценил, как то, что меня в принципе здесь нет. Меня там не регистрировали, ничего. Чтобы вы понимали — это подразделение при военной комендатуре. Как я для себя понял, что на тот момент, пока не было в городе правоохранительных органов и всего остального, все эти функции выполняла комендатура. А при комендатуре была группа быстрого реагирования, которая вообще никому не подчинялась.

Галина Бабій: У вас забрали документи, куди вас помістили?

Сергій: Подвальное помещение. Там были гражданские в одной камере, в другой камере были военные, т.е. ополченцы.

Галина Бабій: Українські полонені там були військові?

Сергій: Да, вместе с ополченцами находились там 2 человека. Один, который приехал воевать за ополченцев, его арестовали сразу. Когда я туда попал, он находился там около полутора лет. Наверное, расценили его, как шпиона.

Галина Бабій: Скільки ви там пробули?

Сергій: Больше двух недель.

Галина Бабій: Що ви робили в цей час?

Сергій: Нас выводили на работы. На плацу убирали, бычки собирали.

Галина Бабій: Як з вами обходилися?

Сергій: Первое время были побои, в течение 3-4 дней. Били просто так. Заходя в комнату, летело все, что могло в меня полететь.

Галина Бабій: Лікар до вас хоч раз приходив?

Сергій: Нет. У меня было поломано три ребра, ушиб грудной клетки и морально я был в угнетённом состоянии.

Галина Бабій: Вас годували?

Сергій: Кормили. В комендатуре столовая, нам оттуда приносили еду.

Галина Бабій: Що робили в цей час ваші рідні?

Сергій: Приходили по совету ребят, которые там были. Попытались связаться, был мобильный телефон у ополченцев, которые там были. Таким образом, меня оттуда вытащили.

Галина Бабій: Вони вимагали грошей?

Сергій: Ничего такого не было, по крайней мере ничего такого мне не озвучивалось со стороны родственников.

Галина Бабій: Як сталося, що вас відпустили?

Сергій: В один прекрасный момент вызвали, сказали, если хочешь домой, звони, пусть за тобой приезжают.

Галина Бабій: Як ви думаєте, чому це сталось?

Сергій: Не могу сказать. Для меня это было огромным сюрпризом. Так как я смирился с тем, что буду находится там долго. Со мной был хлопец, который пересекая границу… Его забрали на блокпосту, увезли в Торез. Он говорил, что Снежное курорт по сравнению с Торезом. Он по сути в Снежном в рабстве.

Галина Бабій: А вибачили серед тих, хто вас утримував людей, яких ви знали?

Сергій: Конечно знал. Часть из Донецка людей, часть из Снежного, два человека из России — они этого не скрывали. С уверенностью не могу сказать, как они себя позиционируют, но этим людям в подразделениях позволяется намного больше, чем позволяется местным.

Галина Бабій: Коли ви приїхали до дому, ви моментально вирішили тікати?

Сергій: Вопрос о моём отъезде был решен еще до того, как это со мной произошло. В течение двух – трёх дней я смог выехать, находясь без пропуска. Я и родственники.

Галина Бабій: Чи одразу вдалося в Києві знайти житло, роботу?

Сергій: Да, в принципе. У меняз десь родственники. Они об этой истории не знают до сих пор. Я не озвучиваю, не хочу никого травмировать.

Галина Бабій: А чи багато в Сніжному людей, які вагаються, чи там вже тільки ті, хто сприйняв оцей страшний режим?

Сергій: Когда-нибудь терпение закончится. Не знаю, будут ли это бунты, потому что здравомыслящее и молодое население почти все оттуда выехало. Остались в основном пожилые, которым будет не просто поднять бунт.

Галина Бабій, програма Люди Донбасу для Громадського радіо.

Kiew_deut_o_c(1)Виготовлення цього матеріалу стало можливим завдяки допомозі Міністерства закордонних справ Німеччини. Викладена інформація не обов’язково відображає точку зору МЗС Німеччини.

EU

Матеріал є частиною проекту Hromadske Network, підтриманого Європейською комісією.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.