Слухати

«Кримчан треба підтримати не тільки лозунгами, але й діями», — Ліза Богуцька

10 травня 2015 - 14:00 560
Facebook Twitter Google+
У проекті "Ми різні. Ми разом" кримська активістка і блогерка Ліза Богуцька з якою ми говоримо про те, як у часи анексії відбувається комунікація між жителями окупованого Криму і материкової України

bogutska-486x323У проекті «Ми різні. Ми разом» кримська активістка і блогерка Ліза Богуцька з якою ми говоримо про те, як у часи анексії відбувається комунікація між жителями окупованого Криму і материкової України. Ліза відзначає, що стосовно Криму і його мешканців має бути сформована чітка політика, яка грунтується не тільки на лозунгах. «Тому що одного тільки оптимізму у соцмережах, закликів триматися і фрази «Крим — це Україна» не достатньо» — зауважує блогерка. У студії «Громадського радіо» зараз відома кримська блогерка і активістка Ліза Богуцька і це перший запис проекту «Ми різні Ми разом», який ми здійснюємо сьогодні у студії. Ми хочемо поговорити з пані Лізою про дуже дражливу тему, як у аси окупації спілкуватися і комунікувати з жителями  окупованого Криму і ч варто це робити. Пані Лізо, доброго дня.

С теми жителями Крыма, которые придерживаются украинских взглядов и являются украинскими гражданами не по паспорту, а по убеждениям мы общаемся регулярно, ежедневно и в соцсетях, и через телефон и через другие возможности. С теми, кто придерживается пророссийских взглядов абсолютных, с ними не удается общаться поскольку они поставили перед собой барьер и не хотят преодолевать этот барьер. Их все устраивает, им все нравится, они не видят никаких проблем совершенно и даже если какие-то проблемы существуют, они готовы терпеть. Есть масса нюансов при которых на сегодняшний день с такими людьми практически невозможно общение. А с теми, кто, как я называю, являются вынужденными гражданами Крыма, это те люди, которые получили российские паспорта, но по убеждениям остаются гражданами Украины, мы общаемся. Многие из них говорят правду, что действительно, начале они нейтрально относились к России, когда Россия пришла, но сейчас они видят все неудобства, которые принесла с собой соседняя держава и насколько стало хуже, насколько снизились покупательские способности, насколько упал бизнес, насколько морально и духовно стало тяжелее проживать в пророссийском Крыму.
 
Скажіть, будь ласка, чи можна сказати, що російська окупація, вона провела між громадянами таку однозначну риску між тими, хто визначився і не визначився з ставленням до неї? Чи є люди, які досі абсолютно індеферентно ставляться до окупації і до всього, пов’язаного з політичними реаліяи?
 
Эти люди есть везде, в любой стране. В частности, если мы говорим об Украине, то в Украине таких людей достаточное количество, я бы вообще сказала, что 50% в любом регионе проживает людей, которые не придерживаются патриотических взглядов и они и не говорят как россияне «хоть камни с неба» или как украинцы «будем нищими, голодными, но Украина». Они не имеют абсолютной патриотической направленности, это люди, которые исповедывают патриотизм кошельковый и желудочный, патриотизм комфорта. Им комфортно и какая разница, кто придет к власти или кто придет оккупировать, главное, чтоб им было хорошо. Ведь вы вспомните, еще до Януковича и при Януковиче возникали такие настроения у людей «вот бы нас кто-нибудь оккупировал, Германия или Америка, сдались бы без боя». Это была шуточная мотивация, но на самом деле она присутствует среди тех, с кем я общаюсь, мол да какая разница. Ну вот есть у меня что поесть, есть где работать, есть как отдохнуть да и ладно, какая разница, кто там к нам пришел. Это присутствует конечно.
 
Лізо, рік тому, до того як почалися події на Донбасі, після анексії Криму вже, українців, в соцмережах зокрема, дуже вражав той рівень агресії, який був від коментаторів з Криму, від деяких коментаторів. Анексія прошйшла, вона завершилася, здавалося б, чому так лютувати. Чи є цей рівень агресії зараз?
 
Он наблюдается конечно, но это уже не та агрессия. Дело в том, что крымские журналисты, те которые дают интервью, они по всей видимости самые обеспечиваемые бюджетно служащие. Выше всего зарплаты у военных, у полицейских и у журналистов, я считаю, что это информационные войска России. То есть это такое военное подразделение, поэтому у них очень высокие зарплаты. Те, кто получают высокие зарплаты, они не видят трудностей вообще. Они прекрасно понимают, что для Украины они предатели родины. Из всех крымчан, которые даже голосовали за Россию, даже кричали «Путин, приди и спаси», я думаю, что часть людей разочаровались в этом. В некоторой мере они стесняются сказать об этом, бояться ответственности, в некоторой мере понимают, что даже вернувшись в Украину они все равно будут ощущать себя предателями. Так вот эти журналисты, на сегодняшний день они не видят перед собой препятствий. Им кажется, что так будет всегда. Они всегда будут получать такие средства, найдут себе комфорт, уют где-то, найдут возможность работать, самореализоваться. Я считаю, что это люди абсолютно погибшие политически, морально, духовно, интелектуально.
Ведь многие люди почему не выезжают? Они имеют там бизнес. Они всю жизнь стремились к этому бизнесу, копили, идя через какие-то тяготы, нужды к тому, что у них есть. А теперь это все нужно взять и бросить и уехать. И начать с нуля непонятно где, непонятно в каких взаимоотношениях с банками Украины, с властью Украины. Я понимаю, что это глубоко несчастные люди на самом деле. Они не приемлют Россию, они видят, что там стало реально хуже, но они ничего не могут с этим поделать. Они вынуждены в этом жить. Мне многие пишут в фейсбуке: «мы потихоньку сходим с ума, потому что мы не можем здесь, но мы не можем от сюда уехать». Как мы можем не общаться с этими людьми, как мы можем их отторгать, сказать «да подавитесь там своей кацапней»? Мне даже пишут в фейсбуке те граждане, которые одни из первых шли получать российские паспорта в надежде, что будет лучше. И я вам скажу почему это произошло. Они ведь надеялись, что они уйдут не из Украины, а от Януковича таким образом, от этой власти бандитской, которая в Крыму бесчинствовала последние годы. Отжимала бизнес у многих людей, крышевала, у кого-то отбирала последнее. Было очень плохо. Поэтому люди очень многие, не разобравшись в ситуации Майдана, потому что естественно пропаганда в Крыму была антимайданная, они проголосовали за Россию надеясь на то, что сейчас придет Россия и наведет порядок. Они думали, что Путин наведет порядок. Основная масса людей — это те кто никогда не был в России или был в глубоком детстве. То есть они не знают, что сейчас в России. Они видят ее по сериалам, слышат доклады Путина о том, что все замечательно, зарплата в 5 раз больше чем в Украине и все живут вольготно чудесно, люди радуются друг другу, межнациональное единение. Они это слышали и пошли опять на лозунги. Обманулись люди. А теперь они видят, насколько сейчас процветает бандитизм. Все, кто бандитствовал при Януковиче, они нервно курят в сторонке наблюдая за тем, что происходит сейчас в Крыму. Все гастролеры с России, с Украины туда ринулись потому что есть чем поживиться. Но при этом хочу сказать, что мне приходят в фейсбуке сообщения от крымчан: «Лиза, вы все врете. Вы больной психически человек, вы врете потому что нам здесь замечательно, нам так хорошо, как не было никогда». Поэтому когда я говорю, что все плохо, это «плохо» относится к определенной части населения, но совершенно не ко всему населению.
 
Лізо і останнє запитання у цій розмові. Воно стосується міжособистістного спілкування з тими, хто проживає на територіях, підконтрольних українській владі і тими, хто залишився в окупованому Криму. Якщо не думати про загальнодержавний рівень і меседжи, які формуються на ньому, у міжособистістному спілкуванні які зараз найголовніші речі ми маємо говорити тим, хто залишився в Криму, щоб ніяк не знищити спілкування з цими нашими громадянами?
 
Мы можем говорить о самых разных вещах. Мы можем говорить много. Но ведь это все слова. Нужны действия. Действий нет никаких. Я вот буквально перед тем, как идти к вам сюда, обнаружила в ленте новостей в Укр.нете новость о том, что кабинет министров принял решение запретить иностранным судам входить в украинские порты Крыма. Прошел год и три месяца с начала оккупации и только сейчас иностранным судам запрещено входить. То есть мы отслеживаем каждое судно Европы и Америки, каждое воздушное судно, а оказывается у Украины до сих пор на это не было запрета. Мы с вами можем говорить о многом, но ведь люди там не дураки — они смотрят на действия власти, а действия власти говорят о другом совершенно. Поэтому наши разговоры с теми, кто живет там выглядят следующим образом: «Держитесь ребята. Держитесь.» Все, что мы для вас можем сделать это вот так помочь словами: «Мы с вами, мы вас любим, мы вас помним. Держитесь». Все. Больше обещать что-то или говорить, что все будет хорошо… Я большой оптимист, я все время оптимистически даю надежды. Последнее время мне тоже стали приходить в личный почтовый ящик сообщения о том, что Лиза, вам пора прекращать со своим оптимизмом, поскольку люди, они вам верят а потом они не получают желаемого и начинают думать, что вы врете просто. Так что говорить мы можем разное. Очень важный сейчас действия. Потому то слова со стороны власти, они выливаются в лозунги: «Крым — это Украина», «Война закончится тогда, когда вернется Крым». Но это можно рассматривать с нескольких позиций. Что война не закончиться никогда, потому что мы не видим посылов к тому, что украинская власть делает что-то чтобы вернуть Крым. Либо что-то должно произойти сверхестественное, должен каким-то образом вмешаться вселенский разум чтобы поменять эту ситуацию. По-другому я ничего не вижу. Не вижу даже, что сейчас делается чтобы отношения Крым-Украина… они в любом случае должны сейчас трансформироваться. Мы говорим о том, что Крым должен вернуться в Украину. Нет, этого не произойдет. Никогда уже так как было, это не произойдет. Будет по-другому. Я думаю, что Крым получит какую-то свою государственную самостоятельность, но он будет тесно связан с Украиной. И все это произойдет когда Россия полностью выйдет из Крыма. Мне кажется, что наши отношения должны быть в принципе радикально другими. Пока мы это не поймем, ничего не изменится. Я уже много раз говорила, что у нас сейчас как единственное воспоминание о Крыме есть фильм Ахтема Сейтаблаева «Хайтарма». Чудесный фильм. Но это фильм. Его один раз посмотрели люди, он отложился в памяти куда-то в долгий ящик. Мне кажется, что сейчас очень важно информационно напоминать гражданам Украины прежде всего, что Крым — это Украина. Потому что вот в соцсетях все чаще звучат слова: «да пуская они там подавятся, да нужно перерыть перешеек, да пуская они там сами остаются». Это никак не может настраивать украинцев Крыма на то, что мы едины. Мне кажется, что нужно создавать целый ряд передач, которые будут идти еженедельно по телевизору. Вот такой информационный поток, он будет напоминать. Это передачи о природе, о геологии, о национальной культуре, о глубине традиций, о поэзии, обо всем, что касается Крыма. Я думаю, что это ни в коем случае не должны быть пропагандистские фильмы. Эти фильмы значительно больше сыграют роль чем какие-то лозунги. Мне кажется, что нужно идти с позиции любви в отношениях между всеми людьми. Единственное что, я против категорически сейчас поднимается вопрос о том, что можно ли ехать в этом году на курорт в Крым. На мой взгляд почему нельзя и блиц опрос я такой провела в интернете тоже, 90 с лишним процентов моих читателей категорически против того, чтобы сейчас ехать в Крым. Так вот я считаю, что в этом году ехать нельзя хотя бы по одной простой причине — каждая копейка потраченная там — это пуля, которую Российская Федерация потом выпустит в нашего патриота.
 
Ліза Богуцька, відома блогерка і активістка з Криму. І це був перший випуск проекту «Ми різні. Ми разом» на Громадському радіо.
 
usaid_logo_uaimage001Виготовлення цієї програми стало можливим завдяки підтримці американського народу, що була надана через Агентство США з міжнародного розвитку USAID та Інтерньюз. Зміст матеріалів є виключно відповідальністю автора та не обов’язково відображає точку зору USAID, уряду США та Інтерньюз.
Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.