Он вернулся с войны и стал другим. Как сохранить отношения?

26 листопада 2016 - 14:00 168
Facebook Twitter Google+
Истории трех женщин, которые справились со стрессами и изменением поведения их близких, вернувшихся из зоны АТО

Людмила Полтавец вначале из АТО ждала сына, затем еще полтора года — мужа. Ожидание было нелегким. Все это время Людмила очень переживала за своих мужчин. Но даже после их возвращения психологическое напряжение оставалось. Отношения с мужем возвращались на довоенный уровень почти полгода. Супруг был вспыльчивым, часто раздраженным и требовал внимания.

«Каждое утро начиналось с какой-то мелкой ссоры. Что-то не так подала, не так сказала, не так посмотрела. Особо крупных ссор не было. Но каждая мелочь почему-то его раздражала. Он даже сам мне говорил: «Не знаю почему, но ты меня раздражаешь».  Даже то как я говорю…У меня сразу такие начались проблемы: «Это у тебя там другая появилась».  Обычные женские ревности пошли. Он: «Ты что дура? Ты не понимаешь, где я был.». И все поехало».

Кликайте, чтобы оценить этот материал

Муж старался не рассказывать жене о военных событиях, но однажды показал фронтовое видео. Этот фрагмент многое объяснил Людмиле, после чего она решила строить семейные отношения по-другому.

«Плакала, нервничала. Потом я понимала, что я очень долго и его ждала, и сына, и надо как-то притираться. Все-таки они были на войне. Стараюсь где-то промолчать, где-то уступить, где-то пожалеть. Потому что когда пришел, он очень кричал по ночам. Сама поняла и сделала вывод, что, наверное, что-то и я не так говорю и не так делаю. Потихоньку, потихоньку. Где-то он нервничает, я молчу, прикрикнет, я тоже стараюсь молчать или в шутку стараюсь перевести. Таким способом как-то и притираемся».

Спустя полгода после демобилизации отношения супругов стали такими же, как и до войны, делится Людмила Полтавец. Женщина считает, что процесс восстановления отношений в семьях участников АТО проходит со сложностями, которые пережить поможет только время и терпение.

О своих отношениях после демобилизации мужа делится и кризисный психолог Елизавета Герасименко. После АТО супруг вернулся другим, говорит она.

«Немножко поменялись его вкусы в музыке. Меньше стало лирики в нем самом, не по отношению ко мне, больше стало боли, разочарования, безусловно, в том, как это все это проводится. Ощущение беспомощности. Он шел с желанием помогать, свои профессиональные навыки реализовывать как врач. Было для этого мало возможностей. Поэтому сильное разочарование и депрессия, несколько агрессия, а депрессивное состояние».

На вспыльчивость супруга Елизавета реагировала профессионально: переключала его внимание на какие-то мелочи. Он удивлялся, но переставал нервничать, рассказывает женщина.

«Тяжело людям после того, когда они возвращаются с армии включаться в мирную жизнь и радоваться так, как это можно было делать до того. Я могу сказать, что мои отношения прошли такую важную проверку и они изменились в лучшую сторону. Мы стали больше друг друга ценить. И те моменты, которые может до этого раздражали, или вызывали недовольство, они ушли на второй план, и я до сих пор когда иду домой, понимаю, какое счастье, что дома меня ждет мой муж».

Быстрее включиться в мирную жизнь супругу Елизаветы Герасименко помогли работа и семья. Но вытянуть мужа в гости или на концерт бывает по-прежнему нелегко. Если он наотрез отказывается, то на мероприятие Елизавета отправляется одна, а затем делится с ним впечатлениями.

«Если человеку плохо, то это не значит, что с ним надо сидеть и погружаться в совместный депрессив. Людям после военных событий надо иногда побыть самому, им очень хочется побыть одним очень часто. Они устали от большого количества людей вокруг. Так или иначе любой приказ — это принуждение. Поэтому как-то заставлять, убеждать – нет. Если идет, это хорошо, не идет, тогда я иду. Рассказываю, делюсь, смеюсь, улыбаюсь и это передается, эмоции же они заразны и хорошие, и плохие. Подзаряжала позитивными эмоциями».

Анна Бындыч, пока муж был в АТО, в Харькове не сидела. Она вслед за ним отправилась на фронт. Но в качестве волонтера. Благодаря этому, считает Анна, в их семье после демобилизации супруга не было кризиса и непонимания.

«Для них четко: есть свой и чужой, все. Ты был там, ты свой, тебя там не было, ты чужой. А я была там, и своя для него. То есть мне можно многое рассказать, то чего не расскажешь, психологу, другу. А мне можно рассказать, потому что я — своя, потому что я это заслужила».

Супруги Бындыч оба вернулись другими. Но от этого их отношения не поменялись. Разве что говорить друг с другом они стали больше, делится Анна.

«Самое главное это говорить, говорить друг с другом и рассказывать, что тебя беспокоит, что тебя тревожит. Если ты будешь говорить и если вы разговариваете, вы всегда договоритесь до чего-то, если вы молчите, то этого ничего не будет».

Светлана Гуренко, Харьков

Точки опори

Цей матеріал було створено за підтримки International Medical Corps та JSI Research & Training Institute, INC, завдяки грантовій підтримці USAID. Погляди та думки, висловлені в цьому матеріалі, не повинні жодним чином розглядатися як відображення поглядів чи думок всіх згаданих організацій. 

This material has been produced with the generous support of the International Medical Corps and JSI Research & Training Institute, INC. through a grant by United States Agency for International Development. The views and opinions expressed herein shall not, in any way whatsoever, be construed to reflect the views or opinions of all the mentioned organizations.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.