Слухати

Стресс — это зона роста, — психолог

27 серпня 2016 - 19:52 827
Facebook Twitter Google+
Почему война рушит семьи?

tamara_blekot.jpg

Тамара Блекот // «Громадське радио»
Тамара Блекот
«Громадське радио»

В студии «Громадського радио» – психолог Тамара Блекот.

Татьяна Курманова: Почему война рушит семьи?

Кликайте, чтобы оценить этот материал

Тамара Блекот: В 2014 году все мы сплотились. После такого подъема следует дифференциация, когда люди углубляются в какую-то тему и совершенствуются. Тема семьи пришла ко мне в 2015 году. Долгое время я работала волонтером в Центральном госпитале с военнослужащими, мобилизованными и контрактниками. Семья – самое ближайшее поле душевного ресурса. Семья может быть источником этого ресурса, а может и не давать его вовсе по некоторым причинам.  

Ирина Ромалийская: Что происходит, когда ресурс недополучается?

Тамара Блекот: Семья и члены этой семьи связаны. Они существуют и по индивидуальным законам, и по законам семьи.

Семья – самоподпитывающая структура и, если с одним членом семьи случается нечто, что может разрушить его картину мира, то он может влиять на остальных членов семьи, а другие не могут дать адекватную поддержку ему. Это может быть в разных плоскостях, например, в материальной. Скажем, у семьи уменьшился бюджет, и семья требует перестройки. Когда начинаешь искать ресурс, тогда включаются такие резервы, что семья перестраивается и он обязательно находится. Стресс – это зона роста. Жизнь ставит перед тобой препятствия, преодолевая которые, человек может совершенствоваться.  

Ирина Ромалийская: Но любая встряска требует подготовки.

Тамара Блекот: Настроится на стресс сложно, но нужно настроиться на восстановление. Наше здоровье – это комплекс составляющих. Оздоровление душевной составляющей требует мотивации.

Татьяна Курманова: Слушаем репортаж корреспондента «Громадського радио» о том, что в Днепре участник боевых действий держит бывшую жену в постоянном страхе. Он пытается в буквальном смысле этого слова выбить для себя право на свидание с ребенком. Для этого прибегает к угрозам, запугиванию и не только.

Татьяна Курманова: Как вы можете это прокомментировать?

Тамара Блекот: Я согласна с комментарием о том, что лучше разбираться не в юридической, а в душевной плоскости или плоскости отношений. К сожалению, наше законодательство не настолько гибко, чтобы объективно оценить ситуацию и равнозначно поддержать 2 стороны. Лучше разговаривать лично или через кого-то. Тут очевидно, что люди находятся в конфликтном состоянии, когда они так заряжены, появляется третья сторона – это или юрист, или кто-то, кто поможет разрулить ситуацию в плоскости человеческих отношений.

Ирина Ромалийская: Это могут быть не только юристы или психологи, но и близкие?

Тамара Блекот: Да, это треугольник Карпмана, когда есть свидетель. Свидетелем может быть родственник, который принимает ту или иную сторону, что усиливает одну или другую половину конфликта.

Важно обозначить, что в этом случае активизировались потребности ребят, которые прошли через ад. Их потребности достойны того, чтобы их удовлетворять. С другой стороны, есть двухлетний ребенок. Его мама, очевидно, также была свидетелем все этих событий. Это влияет и уязвляет. Она говорит, что он неадекватен. Это может быть свидетельством как посттравматического расстройства, так и желания достучатся до жены.

Где тонко, там и рвется. Важно, какие отношения в семье были до того. Иногда у семьи бывают кризисы и без войны, когда люди подходят к необходимости все пересмотреть. Это вызов для обоих.

Татьяна Курманова: Бытует мнение, что, пережив войну, тебе придется знакомиться с близким человеком заново.

Тамара Блекот: Я член Психологической кризисной службы с 2014 года. Мы оказываем социально-психологическую помощь семьям.

Словосочетание «знакомиться с близким человеком заново» я бы заменила на «открыть неизвестное». Это, фактически, принятие другого человека. У нас есть потребность к привычному и стабильному, а тут приходит внешне знакомый, но изменившийся в реакциях и ценностях человек. Но и мы изменились. Узнать нас другими и принять нас другими – это вызов семье.  

Ирина Ромалийская: А готова ли семья это делать? Что, если желания нет?

Тамара Блекот: Это значит, что опыта, знаний и гибкости недостаточно, чтобы это желание вообще возникло.

Татьяна Курманова: Может быть есть какие-то конкретные и практические шаги?

Тамара Блекот: В понятии программы реадаптации первый шаг – это, конечно, слушать. У этих людей есть чрезвычайно актуализированная потребность слушать. Им хочется это выплеснуть – быть принятым, услышанным и оцененным. Тот подвиг и жест, который они несли, должен быть оценен. Нужно внимательно слушать и быть мягким. Иногда простое слушание может не помочь. Весь этот опыт должен так переработаться, чтобы травма стала ростом.

Татьяна Курманова: Слушаем сюжет о том, что по данным «Ла Страда Украина» в этом году с неподконтрольных власти территорий Украины поступило 40% обращений по вопросам психологические насилия в семьях.

Татьяна Курманова: Наблюдаете ли вы увеличение обращений по этому поводу?

Тамара Блекот: Несомненно. Семьи могут не только позвонить в студию, но и обратится за получением поддержки. Наш центр находится на Константиновской, 61. Его телефоны – 066-518-00-06 и 097-580-01-93. Этот случай иллюстрирует чрезвычайно неактуальное напряжение, которое несут с собой ребята. Оно настолько их переполняет, что требует трансформации. Этот парень его реализует в коммуникации. Избавится от него также можно с помощью, например, пробежки. Можно выговорится или выписаться. Самый лучший способ – вести дневник. Их состояние иногда топит и тех, кто рядом в том числе.

Татьяна Курманова: А выплыть можно?

Тамара Блекот: Да, это напряжение можно выпустить физически. Я спрашивала у ребят, как они с этим справлялись. Один из них сказал: «Я просто ходил и мне это помогало». Их опыт – опыт, который сложно облечь в слова, поэтому прогулки, плаванье, массажи и чтение книг помогает. Первый уровень – физический, второй – уровень социальных отношений, третий – уровень профессиональный. Травма – как рана, рана – как новый орган чувства. Психотерапевт Пьюселик говорил, что он стал другим, но он стал тоньше, глубже и чувствительнее.

Ирина Ромалийская: Чтение, например, Ремарка не будет повторной травмой?

Тамара Блекот: Что человек в этом ищет? Читая такой текст, человек хочет понять себя через что-то и облечь свой опыт в слова.  

Ирина Ромалийская: Слушаем сюжет о том, что демобилизованный боец не понимал жену, стал пить и, по ее словам, избивать ее.

Тамара Блекот: Если в кризис семейных отношений не получить помощь или поддержку, он может только эскалироваться вплоть до развода. 

tochy_opory_27.08.jpg

Точки опоры //
Точки опоры

Точки опори

Цей матеріал було створено за підтримки International Medical Corps та JSI Research & Training Institute, INC, завдяки грантовій підтримці USAID. Погляди та думки, висловлені в цьому матеріалі, не повинні жодним чином розглядатися як відображення поглядів чи думок всіх згаданих організацій. 

This material has been produced with the generous support of the International Medical Corps and JSI Research & Training Institute, INC. through a grant by United States Agency for International Development. The views and opinions expressed herein shall not, in any way whatsoever, be construed to reflect the views or opinions of all the mentioned organizations.

Якщо Ви виявили помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.