Слушать

Безопасность детей должна стать основным приоритетом госполитики, — Юлия Трестер

18 сентября 2017 - 22:12
Facebook Twitter Google+
Почему отечественные стандарты не защищают от трагедий в детских учреждениях? Будем разбираться в деталях этих стандартов. Анализирует юрист Юлия Трестер
Безопасность детей должна стать основным приоритетом госполитики, — Юлия Трестер / Программы на Громадському радио

Анастасия Багалика: Говорим по мотивам того, что недавно случилось в Одессе. И этим разговором попытаемся разобраться, что не так не только в сфере коррупции и понятных ответов, ведь, наверно, есть ответы не очень очевидные.

Юлия Трестер: Я ни в коем случае не даю оценку происходящему как следователь, я не была на месте, не видела доказательств, я черпаю информацию из открытых источников. Все читали новости и понимают, что весь «сыр-бор» вокруг несоблюдения правил пожарной безопасности, ДБН-ов. И тут я могу перейти к общей проблеме: мы оставили часть законодательства со старыми советскими нормами, в том числе ДБН-ами, требованиями к детской безопасности. Но если, например, мы взяли хороший прошлый опыт и у нас есть санитарные нормы к детским учебным заведениям, к сожалению, в последнее время начинает появляться очень много частных заведений, к ним эти нормы уже не применимы. Есть проблема в том, какой формы было это учреждение, детский оздоровительный лагерь.

Еще одна проблема, о которой пока все молчат, но рано или поздно она всплывет: какие взаимоотношения были между этим детским лагерем и родителями детей. Подписывали ли родители какие-то договорные документы с руководством этого лагеря, гарантировал ли лагерь безопасность. Я думаю, ничего этого не было. Более того, ничего этого нет, потому что у нас в стране считается, что за все отвечают родители. В Конституции записано, что семья и жилище охраняются Конституцией, и ответственность за детей несут родители. Когда мы приходим в детский центр и сдаем туда ребенка, мы все равно несем за него ответственность. Если дойдут до этапа, понимали ли родители, куда они отдают своих детей, были ли какие-то договорные отношения между тем, кто несет ответственность, то это кусок, о котором пока никто не говорит, но я думаю, он обязательно всплывет.

Анастасия Багалика: Как правило, договоры, о которых вы говорите, что лагерь будет нести ответственность за безопасность ребенка, никогда не подписываются, но должны ли они подписываться?

Юлия Трестер: Они должны подписываться, потому что у нас происходит некоторый разрыв. Есть частично требования к каким-то детским учреждениям, государственным и коммунальным. Они должны строиться по ДБН-ам, должны эксплуатироваться по ДБН-ам и в них должны соблюдаться какие-то санитарные нормы. Если немножко другой формат, условно говоря, детский лагерь должен был обеспечить «рекреаційні послуги», как у нас в частных детских садах обычно в договоре любят писать, что вашего ребенка просто развлекают, за безопасность ребенка могут не нести ответственность. Есть случаи, когда в частной школе родители начинают судиться со школой, потому что ребенок, например, сломал ногу. И нет закона, по которому школа должна отвечать именно за безопасность. Школа должна учить, больница должна лечить, но аспекты безопасности в нашем законодательстве не раскрыты и не расписаны.

Анастасия Багалика: Как в нашем законодательстве отличаются требования к частным заведениям и к государственным?

Юлия Трестер: Если это государственная школа, которую контролирует городской или районный департамент образования, то учителя — должностные лица, на них распространяются все требования, которые есть к учебным заведениям. Если вы ведете ребенка на кружок, и это просто какой-то «ФОП Иванов Иван Иванович», который снял помещение, он никак не несет ответственность за безопасность вашего ребенка. В торговых центрах, где открываются детские зоны, в которых можно, например, оставить ребенка на полдня, вы подписываете публичную оферту с бизнесменом, что вы сами несете ответственность за ребенка.

Анастасия Багалика: Но ведь требования к частным и к государственным заведениям не должны отличаться, дети все равно де-факто в лагере 24 часа с конкретными людьми.

Юлия Трестер: Совершенно верно. Я надеюсь, мы придем к этому. Более того, например, по ситуации в Киеве у нас мораторий на проверки. Если я в какую-то детскую зону торгового центра попрошу прийти и проверить какие-то санитарные нормы, это может быть расценено как давление на бизнес. Эти нормы исчезли в процессе перехода от советской системы к новой.

Если говорить более системно, я бы сказала, что безопасности ребенка нет в приоритете в принципе. У нас в законе про Национальную безопасность есть формулировка «об’єкт безпеки — людина», но у нас там нет «дитини». 

Анастасия Багалика: Есть строительные ДБН, они содержат в себе понятие «детская безопасность»?

Юлия Трестер: Есть отдельные ДБН-ы для разных типов строений: для жилого дома, для учебных заведений. В основном, это старые нормы. Еще один немаловажный момент. У нас сейчас происходит реформа «Держстандартспоживч…» —  структура, которая должна выступать на стороне потребителей услуг. Так как идет реформа, по сути, они оперативно не могут ничего сейчас сделать.

Анастасия Багалика: Родители часто сами не понимают, где у них есть права требовать, а где нет.

Юлия Трестер: Это правда. Но я могу сказать, когда я отдавала ребенка в частный детский сад, у нас с хозяевами прошло много времени и споров, прежде чем они внесли все изменения, связанные с безопасностью, в договор. Первично договор (и они не нарушили закон) был о том, что они целый день развлекают моего ребенка. Закон позволяет открыть частный детский сад с практическими нулевыми требованиями к безопасности. И если у нас случается какой-то прецедент, я подаю на частный детский сад в суд, то в законе очень сложно привязаться именно к формулировке, что такое безопасность: как они должны были обеспечить ее, почему, в чем она заключается. Это нужно сильно дорабатывать, начиная от понятия, что такое безопасность, как оценивать разные пространства, в которых находятся дети, на предмет наличия риска.

Анастасия Багалика: Можно ли внести изменения в законодательство пакетом, нужно ли это делать?

Юлия Трестер: Этот процесс уже начат, вопрос в том, когда он закончится. Мои правки были учтены в Стратегии по правам человека, которая была подписана президентом и составлена после Майдана. Для ее реализации был написан План действий и там есть формулировка «Розробка мінімальних стандартів безпеки дитини». Это минимальные стандарты, которые должны быть разработаны, внедрены; еще должны быть паспорта угроз. К сожалению, на это нужна большая единовременная политическая воля. 

Полную версию разговора слушайте в прикрепленном звуковом файле.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.