Драка российских болельщиков в Марселе — это заказ Кремля, — политолог

22 июня 2016 - 21:28 99
Facebook Twitter Google+
За всеми силовыми акциями вокруг российского футбола на международных матчах на уровне зборной стоят министр спорта России Мутко и его доверенное лицо некто Шпридин

Так считают общественной российский деятель Ольга Курносова, и российский политолог Павел Мезерин, в прошлом — активист Невского фронта фан-клуба питерского «Зенита».

Дмитрий Тузов: Как вы оцениваете то, что происходит с российскими болельщиками на «Эвро-2016»?

Ольга Курносова: На мой взгляд, это продолжение шествия «бессмертного полка» по Европе. Потому что мы прекрасно знаем, что все крупные команды болельщиков курировались Москвой и Питером, они все фильтрованы агентурой. Во внутренне российской политике это известная история. Конечно, болельщики, как и все люди, разные, есть среди них и оппозиционеры, но тем не менее, мы прекрасно знаем, насколько плотно административный ресурс рулит этими болельщицкими страстями.

Алексей Бурлаков: Какова причина такой жестокости? Есть определенные правила болельщиков в драке, здесь же все правила были нарушены.

Ольга Курносова: Верно. Есть правила. Но вице-спикер Госдумы Игорь Лебедев, сын Жириновского, писал, что правильно сделали россияне, что набили «морды» англичанам.

Дмитрий Тузов: Политики дали добро мордобою и смерти, зачем? Напугать?

Павел Мезерин: Я в 90-е годы был активистом Невского фронта фан-клуба питерского «Зенита». Поэтому я могу многое рассказать. Откуда растут ноги? Нынешний министр спорта России Виталий Мутко в 90-е годы оказался в спорте случайно. Лишь благодаря своим связям и увлечению футболом он в конце 90-х стал президентом футбольного клуба «Зенит», тогда еще очень бедного и заштатного. Я помню, как он приходил к нам на фан-зону, предлагал помощь милиции, и был достаточно «своим парнем». В какой- то момент он понял, какая это серьезная сила — фан-движение.

Российское фан-движение всегда ориентировалось на британское фан-движение, и пыталось его подражать футбольному фанатизму, в культуре драк, в частности. Мутко со своей чуйкой очень быстро понял, что к чему, а обстоятельства складывались в его пользу, когда президентом становится Путин. Он оказывается востребованным с его комсомольскими подходами — уметь решать вопросы в тех местах, где никто, кроме него решить их не может. В итоге он дорос до министра спорта, который в России крепко связан с политикой. И сейчас он снова показал Кремлю свои возможности решать определенные вопросы, которые никто, кроме него решить не может.

Ольга Курносова: Россияне хотят продемонстрировать, что они могут разбить морду прямо во Франции, то есть: мы творим, что хотим, и вы ничего с нами не сделаете. Убийство, конечно, перебор, я думаю, что это — эксцесс исполнителя, но то, что они показали, что могут в Европе отлупить кого угодно, это так.

Потому что поездка в Марсель — это не три копейки, это серьезные деньги, которые были потрачены из бюджета. Ведь те, кто посажен за драку, — это не случайные люди? Это руководство фанатских группировок, например, «Локомотива», то есть не последние люди, которые получали бюджетную заработную плату.

Павел Мезерин: Если говорить о жестокости, то тут нужно вернуться к еще одной занимательной личности. Руководитель всероссийской организации болельщиков некто Шпридин, в недавнем прошлом руководитель фан-движения московского «Динамо», в прошлом открытый неонацист, который пользуется серьезным доверием господина Мутко. Так вот, за всеми силовыми акциями вокруг российского футбола на международных матчах на уровне зборной стоит он.

Есть еще, кстати, одна версия драки в Марселе — это месть за песню Путин-х..ло.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.