Фильм «War for Peace» о людях и переменах, – режиссер Евгений Титаренко

06 декабря 2015 - 23:44 230
Facebook Twitter Google+
Евгений Титаренко - режиссер документального фильма «War for Peace» о работе медицинского батальона «Госпитальеры» на Востоке Украины

Он сам тоже доброволец «Госпитальеров». «Я приехал на фронт, куда я ехал, я не знал и не понимал, что меня будет ждать. Ты смотришь, что происходит на самом деле, что не покажут по телевизору, и не можешь быть безучастным», – рассказывает Евгений Титаренко.

В эфире «Киев-Донбасс» режиссер рассказал о съемках фильма «War for Peace».

Евгений Титаренко: Я приехал сперва в батальон «Айдар» в Луганскую область и был в статусе военного корреспондента. После переехал в Пески, там на третий день я познакомился с Яной Зинкевич, командиром батальона «Госпитальеры». Она была замотана в баф, у нее каска, очки. И когда она снимает все это, ты видишь – ого, это девочка, молодая девочка – командир медицинского батальона. Это невообразимо вообще. За ней идут взрослые мужики. Меня это вдохновило. Безусловно, лидерские качества. Человек вдохновляет.

Мария Завьялова: Можно ли назначить командира?

Евгений Титаренко: Мне кажется, командир выбирается. Могут назначить… У нас в правительстве так происходит. Кто-то кого-то назначил. Это изначально неправильно. Мы сейчас втроем здесь находимся, давайте выберем нового главрежа. Мы будем правы. Но если нам поставят кого-то другого, кого мы не знаем, с которым мы не знаем, как работать, который не знает специфики – это будет неправильно. Коллектив должен выбирать, кто будет командиром, кто может потянуть.

Мария Завьялова: Что самое главное?

Евгений Титаренко: Брать ответственность на себя и не бояться последствий. Только благодаря этому человек может стать командиром.

Алексей Бурлаков: Ваш фильм «War for Peace»

Евгений Титаренко: Это фильм о добровольцах. Есть люди-призывники, которых призывают, склоняют, которое они изначально не хотят. А есть достаточное количество инициативных людей, которые хотят менять процесс и участвовать в происходящем. Если бы мы не тратили огромные финансы на бесполезных людей, которым ненужно там быть… Я против призыва. Я против того, что людей насильно заставляют идти в армию. Мы будем иметь сто тысяч человек и не сможем их нормально кормить, одевать, будет автомат на троих. Или у нас будет 10 тысяч, которые будут оборудованы, одеты и готовы к войне, что один человек сможет держать намного больше противника. Зачем набирать 20 сотрудников, которые будут делать непонятно что, если можно набрать двух, которые будут заниматься всем этим?

Мария Завьялова: Почему этого не происходит?

Евгений Титаренко: Это экономически невыгодно. У нас есть какой-то бюджет. Это так же, как и растаможка автомобиля. Всегда есть количество людей и что-то куда-то списывается. На разных уровнях это просто разное количество.

Мария Завьялова: Остаются открытыми вопросы. Например, Правый сектор, который по-прежнему находится на позициях в Донецкой области, не легализован.

Евгений Титаренко: Я не являюсь участником боевых действий. Я не знаю ни одного добровольца из Правого сектора, кто не пошел в ВСУ, и кого официально признали участником боевых действий. Если человек погиб, семьям приходится около полугода доказывать, что он воевал.

Мария Завьялова: Почему не легализоваться? Что мешает договориться?

Евгений Титаренко: Кто-то из вас хотел бы садиться в машину к пьяному таксисту? То же самое и тут. Правый сектор не был в котле, его не сливали. Другой коллектив. Как можно идти и доверять людям, которых ты в глаза не видел, они сидят за 500-800 километров где-то в тылу и руководят этой операцией.

Мария Завьялова: У нас сегодня было включение из Донецкой области, из «Айдара» командир Нагорный сказал: «Мы руководствуемся здравым смыслом, не стреляем в ответ, если видим, что ведется провокационный обстрел и они просто хотят высветить наши огневые точки». Те, кто воюют, придерживаются таких вещей?

Евгений Титаренко: Конечно, ты не будешь поддаваться на провокацию. Не надо путать. Если по тебе целенаправленно лупят, по твоей позиции.

Алексей Бурлаков: Но если вы начнете открывать ответный огонь, вы выдаете свои позиции, и пострадает гораздо больше людей. Такие случаи могут быть.

Евгений Титаренко: Так происходит с Генштабом. Петр Порошенко был ли на боевых действиях, знает как главнокомандующий как это происходит? У нас в Украине куда ни плюнь – везде генерал.

Мария Завьялова: Фильм «War for Peace» является отражением вашего года в «Госпитальерах». Я видела кадры из фильма. Это возможность увидеть войну от первого лица. В них меньше эмоций. Скорее голая правда. Как так получается.

Евгений Титаренко: Ты просто оказываешься в гуще событий. Самый большой движняк в медицинском батальоне. Вызывают на позиции, где есть раненные, значит там идет обстрел. Плюс – мне кажется, это какая-то карма – находиться на грани.

Фильм о людях, о переменах. Когда ты бежишь, а прямо за сараем падает мина, летят осколки, а ты каску забыл в машине. И ты спрятался и думаешь: «Блин, как же страшно». Но потом берешь себя в руки и бежишь дальше. Меня такие моменты поменяли.

Мария Завьялова: Как ты думаешь, будущее украинской армии: добровольцы, ВСУ, волонтеры или режиссеры…?

Евгений Титаренко: Я не помню, кто говорил: не знаю, чем будет третья мировая война, но четвертая – будет вестись палками и камнями. Я выступаю за то, что любая война должна вестись двумя государствами: президент одной страны должен встречаться с президентом другой, и в трусах с помощью палки и камня выяснять отношения, а не устраивать большую чистку.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.