Слушать

Игрушки и медицина. Родным политузников нужна любая помощь, — Афанасьева

08 ноября 2016 - 16:56 85
Facebook Twitter Google+
Семьи украинских политзаключенных в очень сложной ситуации, рассказывает мама бывшего крымского узника в РФ Геннадия Афанасьева Ольга

8 ноября в Киеве на Майдане Независимости прошла акция в поддержку украинцев, находящихся в российских тюрьмах. Митинг состоялся в день рождения освобожденного политзаключенного Геннадия Афанасьева. С мамой Геннадия Ольгой Афанасьевой говорим об этой акции и о том, как можно поддержать узников и их семьи.

Алена Бадюк: Вы к нам пришли с акции в поддержку украинских политзаключенных в России? Как она прошла, было много участников и прессы?

Ольга Афанасьева: Было много прессы. Что нас порадовало, было много сторонних наблюдателей, которые подписывали открытки, нарисовали картину для поддержки политзаключенных. Приходили родители политзаключенных, достаточно хорошо прошла акция, информативно.

Алена Бадюк: Сегодня в эфире мы говорили о новом составе ОНК в РФ, которые имеют доступ к местам принудительного содержания. Когда Геннадий отбывал наказание в республике Коми, вы тогда общались с членами ОНК?

Ольга Афанасьева: Члены наблюдательной комиссии вообще помогали нам с самого начала и до конца. Их роль в освобождении Гены и в его безопасности там неоценима. Они помогали мне и советами, и наблюдали за его содержанием, и помогали мне искать его. Даже взять пример не Гены, а Жени Панова, которого забрали из Симферополя. Его нигде не могли найти. Я написала Зое Световой, и она нашла Панова за два часа в Лефортовской тюрьме.

Вот вам живой пример, как быстро член ОНК может решить весомую, значимую проблему.

Алена Бадюк: К слову, Зоя Светова также не попала в новый состав ОНК с 1 ноября.

Ольга Афанасьева: Это очень печально.

Григорий Пырлик: По вашему опыту, прислушивалось ли руководство колонии к членам ОНК или препятствовало их деятельности?

Ольга Афанасьева: Вообще, в колонии членов ОНК побаиваются. Когда члены ОНК приходят и наблюдают за заключенными — это хоть какая-то гарантия безопасности. Препятствия, я знаю, стали чинить уже в последнее время. Члены ОНК мне рассказывали, что к ним стало, мягко говоря, пренебрежительное отношение. Им стали препятствовать в посещении заключенных, запретили заходить в камеры. Раньше такого не было.

Алена Бадюк: А при посещении заключенного членом ОНК присутствует ли еще кто-то из представителей колонии?

Ольга Афанасьева: Да, есть сотрудник колонии с видеорегистратором. Но это нужно и самим политзаключенным, чтобы потом не было обвинений, что правозащитник передал какие-то запрещенные вещи.

Григорий Пырлик: На что могут повлиять члены ОНК? Обязано ли руководство колонии реагировать на их замечания?

Ольга Афанасьева: Руководство колонии, конечно, реагирует. Члены ОНК все это обнародуют. Поэтому они могут много. Вплоть до того, чтобы была пущена горячая вода в камеру, они могут добиться смены белья или выдачи белья. Любые бытовые вопросы они могут решать, и они реально это делали.

Алена Бадюк: То есть огласка и информационная поддержка влияет?

Ольга Афанасьева: Очень влияет. Я хочу «Громадському радио» сказать большое спасибо, и прошу вас поддерживать дальше остальных политзаключенных. Потому что это действительно очень важно.

Алена Бадюк: А кто из родителей политзаключенных присутствовал сегодня на акции?

Ольга Афанасьева: Родители Валентина Выговского, мама Станислава Клыха, брат Жени Панова.

Я общаюсь со всеми мамами политзаключенных. Все чувствуют себя плохо, плачут, все сидят без денег. Пользуясь случаем, обращаюсь к неравнодушным гражданам — просо сбросьте по 10 гривен в месяц. Это для вас ничего не стоит, но это большая помощь для родителей. Например, у семьи Костенко папа пропал, двое сыновей под следствием, маленький ребенок на иждивении — это же просто катастрофа.

Алена Бадюк: Где можно найти достоверную информацию, куда отправлять помощь?

Ольга Афанасьева: Заходите на мою страничку, пишите в личку, я все подскажу. В ближайшее время будет отдельный, общий расчетный счет.

Также хочу обратиться к малому и среднему бизнесу. Помощь ведь может быть разной. Если у вас магазин игрушек — подарите несколько, мы их дадим детям на день рождения. Если есть доступ к медицинским учреждениям, подарите какую-то процедуру, обследование, помощь нужна всякая.

Григорий Пырлик: Родственникам политзаключенных помогают только неравнодушные люди или государство тоже? Те же поездки на свидания стоят больших денег.

Ольга Афанасьева: К сожалению, на поездки и свидания государство не оказывает помощь. Я знаю, что Министерство иностранных дел пытается по 100 долларов какому-то политзаключенному положить на счет, чтобы он там мог что-то купить себе. А так, в принципе, мы сами друг другу собираем, помогаем. Кто едой, кто еще чем-то.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.