Крымскотатарская автономия — политический инструмент или реальная перспектива?

05 июня 2016 - 21:35 266
Facebook Twitter Google+
Как соотносится статус крымскотатарской национальной автономии с территориальной целостностью Украины?

eskender_bariyev.jpg

Эскендер Бариев // «Громадське радио»
Эскендер Бариев

Обещание президента Порошенко насчет создания крымскотатарской автономии анализируем с представителем Меджлиса Эскендером Бариевым и экспертом по конституционному праву Сергеем Кищенко.

Михаил Кукин: Как восприняли эту идею в Меджлисе?

Эскендер Бариев: Это не просто политический инструмент, это процесс восстановления политический прав крымскотатарского народа. Еще декларация Верховного Совета СССР от 1989 года признавала депортацию крымских татар и немцев преступлением. К этой декларации было принято постановление, согласно которому не может быть полного восстановления политических прав крымскотатарского народа. В связи с этим в феврале 1991 года украинская СССР приняла закон о восстановлении крымской АССР.

Крымская АССР была создана в 1921 году. Когда создавалась УНР, в Крыму была Крымская народная республика. Тогда была необходимость создания автономии коренного народа Крыма. Ленин говорил, что созданием крымской АССР они освобождают колонизированные народы царской России и дают им возможность развиваться.

Государственным языком там был крымскотатарский язык. Действовали 2 основных механизма — коренизация и патернализация. На тот период создавались автономные образования по национальному признаку.

После депортации крымских татар крымская АССР была ликвидирована потому что без коренного народа некому было представлять республику. Тогда Крым и превратился в область.

С 1991 по 1994 год говорили, что Украина является унитарным государством, которое невозможно рассматривать как национально-территориальную республику.

Дело в том, что был закон, согласно которому крымский областной совет автоматически становится Верховным Советом Автономной Республики Крым и необходимо доизбрать из числа депортированных крымских татар соответственного представительства.

13 мая 1994 году в зале театра оперы и балета выступал первый президент Украины, который говорил о том, что нам необходимо восстанавливать политические права крымских татар.

Действующий президент 20 марта 2014 года вышел с инициативой принятия постановления о гарантиях прав крымскотатарского народа как коренного народа Украины. Мы видим понимание на самом высоком уровне украинского политического истеблишмента.

Сегодня мы должны говорить не о политических манипуляциях, которые были тогда, а о поэтапных действиях по восстановлению прав крымскотатарского народа. Несмотря на то, что сегодня Украина не контролирует оккупированную территорию, юридически это наша территория и мы должны работать над восстановлением прав крымских татар.

Алена Бадюк: Какие дополнительные права крымским татарам может дать статус крымскотатарской автономии?

Эскендер Бариев: Сегодня продолжается конституционная реформа, которая не может быть завершена без 10 раздела. С одной стороны, в 10 разделе конституции мы должны четко обозначить свое видение будущего Крыма, с другой стороны, мы должны говорить о политических правах коренного народа, который четко проявил свою позицию.

Согласно международному праву именно коренной народ имеет право на свободное волеизъявление и решение о том, в каком государстве они хотят находится. Крымские татары, проигнорировав референдум 16 марта 2014, показали свою позицию.

К разговору присоединяется эксперт по конституционному праву Сергей Кищенко.

Алена Бадюк: Как соотносится статус крымскотатарской национальной автономии с территориальной целостностью Украины?

Сергей Кищенко: Наши люди очень слабо понимают, что такое конституция, а многие политики, желая придать своим словами значимости, вставляют в контекст слово «конституция» и у всех начинается священный трепет.

Отчасти это правда, потому что процесс внесения изменения в конституции очень сложный. Вопросы, качающиеся территориальной целостности и определения статуса определенных территорий, усложняются еще и тем, что все эти изменения вносятся путем всенародного референдума, а наш закон о референдуме считается неконституционном. Для того, чтобы внести изменения в конституцию потребуется не один месяц и, может, не один год. Таких заявлений было много, и они ничем не подкрепляются.

Михаил Кукин: То есть вы думаете, что это изменения вряд ли будут внесены в обозримом будущем?

Сергей Кищенко: Подобным заявлениям больше года. Со времени первых таких заявлений не было сделано ничего. Сейчас, наверно, в связи с последними событиями они обновляются.

Михаил Кукин: Что бы вы подразумевали под крымскотатарской автономией?

Сергей Кищенко: Сложно сказать, потому что определенные вещи, касающиеся автономии, в конституции уже закреплены. Более того, у АРК есть своя конституция. Сейчас, конечно, юридический статус этой конституции очень расплывчатый, но не более расплывчатый, чем внесение любых изменений в конституцию в условиях оккупации. Мы можем объявить Крым более украинским или крымскотатарским, но что это изменит? Вместе с тем, мировая практика показывает, что это нужно делать. Хотя с моей точки зрения это — популистское заявление.

Возвращаемся в студию «Громадського радио», где Искандер Бариев комментирует скептическое мнение Сергея Кищенко.

Эскендер Бариев: Мы всегда можем усложнить ситуацию, когда не хотим решать проблему. Когда мы хотим ее решать, мы ее видим. Без проработки каждого раздела конституции мы не сможем завершить конституционную реформу.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.