Слушать

Кто наживается на угле и почему шахтерам не выплачивают зарплату?

15 июля 2016 - 22:21 139
Facebook Twitter Google+
«В 2014 году на поддержку угледобывающих предприятий выдели 8 млрд. гривен, в 2015 году дотации составили 1 млрд», — сказал главный редактор издания «Бизнес-Цензор» Сергей Головнев

sergiy_golovnov.jpg

Сергей Головнев // «Громадське радио»
Сергей Головнев

Куда девается государственный уголь? Об этом поговорим с автором одноименной статьи и главным редактором издания «Бизнес-Цензор» Сергеем Головневым.

Михаил Кукин: Из вашей статьи я понял, почему украинские шахты в своем большинстве являются убыточными, угля нет, а некие структуры на этом богатеют. Теперь давайте объясним это и нашим слушателям.

Сергей Головнев: Добыча угля в Украине не рентабельна. У нас одни из самых глубоких в мире шахт — 120 метров. На этой глубине практически никто не работает. С самого начала брали тот уголь, который лежит близко к поверхности, то есть шли сверху вниз. Сегодня мы пришли вниз — уголь лежит на глубине, и его добыча является дорогостоящей. С 2000-х годов ежегодно до 10 млрд. гривен выделялось на поддержку угледобывающей промышленности. Одна часть денег шла на выплату заработной платы шахтерам, другая — на переоснащение шахт.

Михаил Кукин: Государственными деньгами пользовались не только государственные шахты?

Сергей Головнев: Только государственные, и это большая проблема, поскольку самые прибыльные шахты были приватизированы.

После начала войны в Украине осталось 35 государственных шахт, из которых практически все являются убыточными и крайне нерентабельными. На этих шахтах добывается уголь, но уголь не может пойти к потребителю прямиком из шахт. Для этого его нужно сначала обработать. Начиная с 2010 года, когда к власти пришел Виктор Янукович, все обогатительные фабрики перешли в частные руки. Сейчас по энергетическому углю на подконтрольной территории Украины осталось 8 обогатительных фабрик. Они принадлежат к 4 финансовым группам.

Итак, уголь после добычи отправляется на одну из обогатительных фабрик. Что происходит с ним там — никому неизвестно. Поле для мошенничества там очень большое. Многие в Министерстве энергетики понимают, что это может быть игрой на качестве. После того, как на фабрику пришел уголь, из него должны сделать и оставить 75% концентрата — готовой угольной продукции. На самом деле, фабрики делают меньше. Таким образом какой-то объем угля остается на обогатительных фабриках. Как можно это доказать? В вестнике государственных закупок мы можем проследить поставку угля марки ДГ. Этот уголь в Украине официально производит только 2 структуры — государственные шахты и ДТЭК Рината Ахметова. Но мы знаем, что ДТЭК не продает уголь на сторону, у них 9 своих ТЭС. Остаются только государственные шахты. Шахты могут самостоятельно торговать углем напрямую, но это мизерное количество случаев, таким образом мы приходим к выводу, что это обогатительные фабрики.

Когда шахта поставляет уголь на обогатительную фабрику, она должна заплатить за его переработку. У шахт денег нет. Обогатительные фабрики предлагают сделать взаимозачет и уголь остается.

Как это происходило в 2011-2013 годах, когда системой управляли менеджеры Александра Януковича? В 2011 году компания «Донбасский расчетно-финансовый центр» приватизировала акции 5 обогатительных фабрик. Тогда в собственности государства еще находились «Донбассэнерго» и «Центрэнерго». Они покупали уголь у «прокладок». Для чего нужны были обогатительные станции? Весь этот уголь стекался с государственных шахт и копанок и там легализовался. Оттуда третьими компаниями уголь поставлялся на ТЕСы.

Государственные шахты поставляли уголь и для «Угля Украины». Эта компания набрала кредитов на 2,5 млрд. гривен и отправляла деньги по предоплате на шахты. За счет этого на местах покупали оборудования и платили государственным фабрикам за переработку угля.

Ирина Ромалийская: Что сейчас с этим предприятием и его кредитами?

Сергей Головнев: После смены власти его хотели закрыть. Это было выгодно Ахметову, потому что ДТЭК им задолжал. Предприятие проработало до 15 июля 2015 года, а потом было объявлено банкротом. Вместо него была создана Государственная угольная компания, которая задумывалась как большой энергетический холдинг. Из-за перманентного отсутствия денег в отрасли к концу 2015 года компания закрылась и ей на смену в январе 2016 года пришла компания «Держвуглепостач».

Михаил Кукин: Кредиты набирались, чтобы заплатить шахтам за уголь наперед. Получается, что одни шахты находятся на неподконтрольных территориях, а другие шахты являются неплатежеспособными.

Сергей Головнев: Да, эти деньги просто пропали.

Михаил Кукин: Но частные хозяева остались в прибыли.

Сергей Головнев: В прибыли остались обогатительные компании и те компании, которые поставляли шахтам оборудование по завышенным ценам.

Ирина Ромалийская: Кто-нибудь кроме журналистов расследует эти схемы?

Сергей Головнев: Вчера вышло интервью с главой регулятора Дмитрием Вовком. Он сказал, что нынешний министр энергетики Игорь Насалик — человек, который всегда говорит «да», но это «да» означает «да, я тебя услышал», а не «да, я с тобой согласен».

Под предприятием «Красноармейскуголь» собрались жены шахтеров. Они требуют выплатить своим мужьям заработную плату. Подробнее о митинге шахтерских жен на прямой телефонной связи рассказываем жена одного из шахтеров Рената.

Михаил Кукин: Чего вы добились своей акции? 

Рената: Мы ничего не добились. Нам сказали, что этот митинг проплаченный, что мы сломали дверь и обозвали вахтера. На самом деле, это была мирная акция, но к нам никто не вышел.

Михаил Кукин: Чего вы добивались?

Рената: Выплаты 100% заработной платы. В течении месяца нам платят от 10 до 20 % зарплаты — 400-800 гривен в месяц.

Ирина Ромалийская: Насколько я знаю, в последний раз всю зарплату ваш муж получал весной 2015 года.

Рената: Да, это правда.

Ирина Ромалийская: Сколько предприятие задолжало вашему мужу?

Рената: Около 13 000 гривен.

Ирина Ромалийская: Какие действия вы собираетесь предпринимать в дальнейшем?

Рената: После акции я позвонила в Независимый профсоюз горняков. Нам пообещали оказать юридическую поддержку. Сейчас мы готовим иски в суды о невыплате заработной платы.

Михаил Кукин: Сергей, что вам известно об этом конфликте?

Сергей Головнев: На каждом предприятии в Украине сейчас огромные проблемы. Зарплаты не выплачивают из-за долгов и нерентабельности шахт. В 2014 году на поддержку угледобывающих предприятий выдели 8 млрд. гривен, в 2015 году дотации составили 1 млрд. Сейчас в Верховной Раде лежит законопроект о том, что нужно опять начать дотирование шахт.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.