Слушать

Независимых адвокатов принуждают покидать Крым, — Скрипник

26 января 2017 - 15:23 124
Facebook Twitter Google+
25 января сотрудники ФСБ в Крыму задержали, а потом отпустили адвоката Николая Полозова. Сегодня, 26 января, задержан Эмиль Курбединов — адвокат в «деле Чийгоза» и «деле Хизб ут-Тахрир»

Говорим и о докладе «Пытки, принудительные исчезновения, политические преследования: Крым просит справедливости», которую крымские правозащитники представили в Страсбурге во время зимней сессии ПАСЕ.

О реакции мировой общественности на доклад, а также о задержаниях адвокатов говорим с руководительницей КПГ Ольгой Скрипник.

Татьяна Курманова: Какие последние новости об Эмиле Курбединове?

Ольга Скрипник: К сожалению, новости крайне негативные. Это не только новость про конкретного человека — мы говорим о целой системе преследований. За последние два дня можно говорить, что это конкретная волна против конкретной группы — против независимых адвокатов.

И не просто против адвокатов, а против тех, которые защищают, в первую очередь, политических заключенных — несогласных с политикой Кремля. Их единственная возможность хоть как-то себя защищать в этих реалиях — юридическая помощь адвокатов. И именно их теперь пытается устранить российская власть.

Алена Бадюк: В чем обвиняется Эмиль?

Ольга Скрипник: Я бы разграничила два кейса: Николая Полозова и Эмиля Курбединова.

Беспрецедентная наглость со стороны российских властей — задержание Николая Полозова. Они, в первую очередь, игнорируют собственное законодательство. Вчерашний инцидент с Николаем Полозовым —  яркое подтверждение. Нарушая существующие нормы РФ, защиты адвокатов, его насильно привезли на допрос.

123.jpg

Николай Полозов // «Громадське Радио»
Николай Полозов

Его не должны допрашивать как свидетеля по делу, где он является адвокатом (дело Ильми Умерова). Все началось в сентябре, следователь Скрипка пытался его допросить, потом была апелляция. В итоге его насильно привезли на допрос, он отказался давать показания и имел на это все основания. Сам факт, что его насильно посадили в машину и привезли, это сигнал, что им плевать даже на российские законы. Николай и комментировал, что расценивает это как похищение — законных оснований на такие формы нет.

Второй инцидент — задержание известного адвоката Эмиля Курбединова, который ведет «дело Ахтема Чийгоза», «дело Хизб ут-Тахрир». Его задержали в момент, когда он пытался оказать юридическую помощь — это открытое препятствование работе адвоката.

Эмиль Курбединов и Эдем Семедляев были задержаны сотрудниками Центра по противодействию экстремизму. Эдема Семедляева отпустили, Эмиль остался в задержании.

12.31emyl_kurbedynov.jpg

Эмиль Курбединов // «Громадське радио»
Эмиль Курбединов

Скорее всего, в 14.00 по местному времени состоится судебное заседание в Железнодорожном районном суде. Первоначально мы боялись, что это будет уголовная статья (вплоть до меры пресечения арест). Сейчас есть информация от Джемиля Темишева (который сейчас является адвокатом Эмиля Курбединова), что, скорее всего, это статья 20.3 — распространение, пропаганда нацистской символики, экстремистских материалов.

Абсолютно по-хамски по отношению к законодательству и адвокатской деятельности отнеслись те, кто проводит обыск в его офисе. Все материалы, которые находятся в офисах адвокатов, являются адвокатской тайной. Изъята оргтехника.

Татьяна Курманова: Активисты сообщают, что в доме Эмиля Курбединова, где он проживает с женой и ребенком, также проводится обыск, уже вызывали скорую помощь.

Алена Бадюк: По информации Эдема Семедляева к Курбединову допустили адвоката Константина Рустемова. Известно ли вам что-то по этому поводу?

Ольга Скрипник: Хорошо, что допустили — в последующем мы можем узнать какую-то информацию. Возможно, это прольет свет на то, что происходит на самом деле.

Алена Бадюк: Мы связались с журналистом Антоном Наумлюком. Где вы сейчас находитесь и что знаете по поводу Эмиля Курбединова?

Антон Наумлюк: Я сейчас стою около квартиры Курбединова, которая зарегистрирована в коллегии адвокатов. Есть попытка проведения обыска, охрана. Адвоката, который приехал оказывать юридическую помощь, не пускают в квартиру. Приезжала скорая помощь, внутри квартиры находится мама Курбединова, по всей видимости, жена и дети. Слышны крики, женщины сопротивляются проведению обыска. Видимо, маме вызвана скорая помощь, тем не менее, врач заявил, что «состояние нормальное».

Эмиль Курбединов находится в ЦПЭ, возможно, к нему подъехал адвокат Эдем Семедляев, который должен представлять его интересы на суде по избранию меры пресечения. Заседание назначено на 14.00, обвинение в нарушении статьи 20.3 КоАП — распространение экстремистской символики.

Алена Бадюк: Нужна ли сейчас сильная поддержка адвокатского сообщества, правозащитников? Что можно делать в этой ситуации?

Ольга Скрипник:

1. Нужна максимальная поддержка со всех сторон, но инициативной здесь должна быть Украина. Это беспрецедентные преследования, которые происходят на ее территории и еще один факт, подтверждающий незаконность нахождения там РФ. Украина должна действовать немедленно и как можно активнее.

2. Мы, правозащитники, готовим обращение, которое будет направлено от правозащитных организаций в посольства, международные организации. Мы думаем, они будут поддерживать данный вопрос и обращаться к РФ.

3. Максимальное информирование. Бороться с РФ очень сложно, но широкое информирование тоже поможет тем, кто там находится и привлечет внимание к проблеме.

4. Я уверена, коллеги Эмиля сделают все возможное, чтобы защитить его. Хотя мы видим, что там уже нарушены все нормы российского законодательства.

Алена Бадюк: Как это может повлиять на судьбу подзащитных Эмиля?

Ольга Скрипник: Трудно сказать, что будет дальше. Как минимум, даже сейчас мы видим, что Эмиль Курбединов не смог оказать помощь, как адвокат, семье Салиевых. Его просто вывели из дела, и он не может приехать к своим подзащитным

Возможно, эти дела против адвокатов будут раскручивать, чтобы через уголовные преследования в последующем лишать их лицензий, или путем запугивания принуждать покинуть территорию Крыма.

Алена Бадюк: Какое наказание предусматривается по статье 20.3?

Ольга Скрипник: Это административная статья, там не будет меры пресечения в виде лишения свободы. Если статья не изменится, наказание от штрафа до административного ареста максимум на 15 суток.

Татьяна Курманова: На днях вы представили доклад в ПАСЕ: «Пытки, принудительные исчезновения, политические преследования: Крым просит справедливости». Как проходила сессия в Страсбурге?

Ольга Скрипник: Сессия закончится на этой неделе. РФ не приехала. Можно сказать, что темой Крыма мы открыли эту сессию. Были делегаты, секретари, наше представительство. Был полный зал. И это подчеркивает, что тема Крыма для них актуальна. Были вопросы, комментарии, предложения.

Представитель Литвы после нашего выступления говорил, что они ждут от МИДа Украины четкого персонального санкционного списка по поводу тех людей, которые преследуют адвокатов, правозащитников, политзаключенных. Такие списки есть у правозащитных организаций. Мы пытаемся наладить сотрудничество с МИДом, чтобы передать им эти списки, и они начали по ним работу. Надеюсь, в начале февраля МИД отреагирует и состоится встреча, которую мы уже долго планируем, чтобы поработать с этими списками.

Николай Полозов говорил, что особую угрозу он сейчас видит в том, что началась волна преследований адвокатов. А на следующий день, когда он вернулся из Страсбурга, его задержали, а сегодня и Эмиль Курбединов.

Я в своем докладе обращала внимание на принципиально важные и политически мотивированные дела.

Первое — «дело диверсантов». И ужас этого дела в том, что любой человек может стать шпионов. Вы можете быть в Крыму и переписываться с человеком из Киева — скажут, что вы шпион и посадят.

baluh.jpg

Володимир Балух // hromadske.ua
Володимир Балух

Всех в Крыму Россия считает российскими гражданами, следовательно, всех могут обвинять в государственной измене. Мы видим 9 человек, которые не имеют отношения к разведке Украины, но сидят. Как минимум, известно о жестоких пытках в отношении двоих (Евгений Панов и Андрей Захтий).

Очень хорошо, что брат Евгения Панова, Игорь Котелянец, смог приехать и смог рассказать об этих жестоких пытках. Важно, чтобы европейские делегаты это слышали.

Был Эскендер Бариев, который рассказывал о пропавших крымских татарах, об убийствах в начале оккупации.

Отдельно мы подчеркнули дело Владимира Балуха, который лишен свободы за украинский флаг. Мы считаем, что это символ Украины в Крыму, и Украина должна сделать все, чтобы освободить этого человека.

Татьяна Курманова: Какую цифру людей, преследуемых по политическим мотивам в Крыму, вы назвали?

Ольга Скрипник: По данным КПГ — как минимум, 40 человек, которых мы задокументировали и можем подтвердить. Это крымская тема. Понятно, что есть больше людей, если будем брать всех украинцев, которые находятся и на территории РФ.

Алена Бадюк: Многие правозащитники говорят о необходимости разработки законопроекта об официальном статусе политического заключенного. Это может помочь бороться за освобождение задержанных?

Ольга Скрипник: Мне сложно сказать, насколько поможет законопроект или закон. На сегодня и так можно предпринять ряд действий, не связанных с тем, чтобы долго разрабатывать и принимать закон. Возможно, он действительно будет полезным. Но нужно действовать оперативно:

Координационный орган с правозащитниками и другими органами Украины по совместным действиям и освобождению политзаключенных.

Санкционный список. И здесь не надо принимать никаких законов, но нужно изменить действующий закон о санкциях. Он, мягко говоря, хромает.

Фонд поддержки политзаключенных на государственном уровне. Пока это происходит силами родственников, правозащитников, неравнодушных людей. Есть одиночные случаи, когда поддерживала Украина, но этого недостаточно. Число постоянно растет, а значит и растет число семей политзаключенных, потребностей в адвокатской помощи, передач. И этот фонд должен быть при государстве, которое защищает своих граждан.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.