Слушать

Протокол лечения должен стать основой реформы медицины, — Алексей Кириченко

18 ноября 2016 - 16:56 467
Facebook Twitter Google+
Количество смертей от гриппа в начале 2016 года показало, насколько Украина не готова к противодействию угрозе

Только за 5 месяцев, с конца 2015 по март 2016, было зарегистрировано 370 летальных случаев. За этот период гриппом и ОРВИ заболели около 140 тысяч человек. Особая группа риска — переселенцы, люди, проживающие на линии разграничения. Об этом говорим с Алексеем Кириченко — членом комитета Верховной Рады по охране здоровья.

Анастасия Багалика: В комитете вопросы насчет ситуации с употреблением антибиотиков обсуждаются достаточно интенсивно?

Алексей Кириченко: В полной мере. Недавно мы проводили круглый стол, посвященный антибиотикорезистентности. В связи с сезонными колебаниями у нас растет уровень острых респираторных заболеваний. Самый простой способ предотвращения гриппа — это вакцинация. По заявлению Минобороны Украины, войска полностью обеспечены вакциной против гриппа. У нас еще есть время для того, чтобы провести полную иммунизацию наших войск до начала эпидемии.

На круглом столе поднимался вопрос вирусных гепатитов. Сводки Минобороны говорят о том, что уровень вирусных гепатитов в войсках на 1,6-1,8 раз выше, чем в общей украинской популяции. По заверению представителя Минобороны, возможно, это связано с рискованным поведением. С моей точки зрения это абсолютно некорректное объяснение.

Александр Близнюк: Что подразумевается по рискованным поведением?

Алексей Кириченко: Я не до конца понимаю, что он имел в виду. В медицинском контексте это говорит или о контактах с женщинами легкого поведения, или об инъекционной наркомании. Я думаю, что эта проблема лежит гораздо глубже. Мне кажется, это связанно с необходимостью более частого переливания крови среди солдат. К сожалению, наша система крови находится в очень тяжелом состоянии. Украина ежегодно заготавливает около 30 тон крови. В силу некачественного забора и обследования крови, около 25% мы выливаем сразу. Необходимо, чтобы на всех этапах — от забора крови до ее использования, происходил четкий контроль. В то же время, у нас есть множество мест забора, которые собирают меньше 300 литров крови в год. Мы не можем каждое место забора, которое находится в маленьком населенном пункте, обеспечивать достаточным количеством тест-систем и лабораторий. К тому же, еще со времен Советского Союза забор кров у нас — это массовое мероприятие, на которое идут целыми цехами. В Европе же более распространено профессиональное донорство. То есть это обследованный человек, который регулярно ходит сдавать кровь. Его кроветворная система уже подготовлена к забору крови, и он сдает 800 мл. Мы собираем 350 мл. крови, а это все-таки себестоимость, которая включает стоимость контейнера, реактивов и лаборатории. Поэтому наша система не позволяет обеспечить качественный контроль этой крови.

Переработка крови — это еще один важный момент. Наша медицинская система переработки крови и выработки инсулина в результате нашей законотворческой деятельности была переведена на систему GNP. Система GNP не позволяет использовать подготовленную в ненадлежащих условиях кровь. Соответственно, они не могут принять эту кровь в переработку. Если они это сделают, то полгода будут находится на карантине. У нас скопилось достаточное количество крови, и я думаю, что МОЗ стоит перед дилеммой о ликвидации этой крови.

В то же время, у нас существует дефицит крови. Это связано не с тем, что мы заготавливаем мало крови, а с тем, что у нас есть межбюджетные отношения. То есть, вот эта кровь принадлежит области, а вот эта — городу. Между собой они передавать кровь не могут. Это очень неправильно.

Система децентрализации в медицине неприемлема.

Мы должны централизовать всю кровь, которую мы заготавливаем по Украине, заплатить за это деньги из бюджета и иметь возможность корректно распределять ее по точкам, где она действительно необходима.

Александр Близнюк: На сайте МОЗ есть информация о том, что сейчас заболеваемость на 13,7% больше, чем за аналогичный период прошлого эпидемиологического сезона.

Алексей Кириченко: Инфекции, которые передаются воздушно-капельным путем, имеют свою специфику. Это связано с температурой и влажностью воздуха. Осень прошлого года была более теплой. В этом году по всей Украине выпал снег. Это привело к абсолютно нормальным сезонным колебаниям заболеваемости. Единственное что, меня очень возмущает обильная реклама в СМИ средств, которые лечат грипп. Грипп они не лечат. Это мы должны четко понимать. Грипп — это достаточно опасное своими последствиями заболевание. При первых симптомах простуды лучше обратится к врачу, который должен назначить правильное лечение. Сейчас очень остро стоит вопрос антибиотикорезистентности. Это некорректное и неправильное назначение антибиотиков. ООН обсуждало на своих сессиях только 4 вопроса. Вопрос антибиотикорезистентности был четвертым.

В случае респираторных заболеваний человек, почувствовав недуг идет в аптеку. Ему аптекарь, что абсолютно неправильно, советует какие-то препараты. Среди этих препаратов бывают антибиотики. Человек принимает антибиотик при респираторной вирусной инфекции. Антибиотики на вирусы не действуют никак, но при этом снижают иммунитет. Если в первые дни заболевания вы начинаете принимать антибиотики, вы делаете себе только хуже. Кроме того, что вы принимаете яд, снижающий ваш иммунитет, вы еще и формируете флору. То есть микроорганизмы в вашем горле будут нечувствительны к тому антибиотику, который вы принимаете. Это, как минимум, приведет ко следующему походу в аптеку. Грипп опасен своими осложнениями. Уровень усложнений после гриппа в Украине очень высокий.

Грипп — это всегда бронхит. Назначение антибиотиков в первые 3 дня болезни — это совершенно неправильно. При лечении острых респираторных заболеваний в первые дни необходим покой, обильное питье и витаминные препараты. На 3-5 день, если не снижается температура, нужно обязательно вызвать врача, который должен корректно назначить антибиотики.

Александр Близнюк: Можно ли сбивать температуру?

Алексей Кириченко: Температура — это следствие борьбы организма с вирусом. Если температура хорошо переносится, ее лучше не сбивать.

Александр Близнюк: До какого порога?

Алексей Кириченко: Это очень индивидуально. Если температура не выше 38, ее не стоит сбивать. Если температура выше, нужно смотреть на то, как она переносится.

Анастасия Багалика: Около месяца назад Александр Линчевский, который сейчас является заместителем министра здравоохранения, давал интервью «Украинской правде». Он говорил о сравнении списков самых покупаемых препаратов в Украине и за границей. В Украине это те препараты, которые лечат простуду и вирусы. Оказалось, что в других странах мира совсем другие препараты являются самыми покупаемыми. То, что у нас в топах, Александр Линчевский называет фуфломицинами.

Алексей Кириченко: В мире существует доказательная медицина. Когда ты назначаешь какой-либо препарат, ты должен понимать, что над тобой стоит контролирующая структура. Во многих странах эту функцию выполняет страховая компания. Если ты назначаешь неправильное лечение, скорее всего, контракт с этой компанией ты уже не заключишь. Наши врачи состоят в совершенно других условиях. Они получают очень низку зарплату. Среди моих коллег существует практика полипрагмазии — назначения большого количества совершенно ненужных препаратов. Кроме того, у нас очень высокая степень самолечения. Люди больше доверяют рекламе, нежели врачам. Везде рекламируемые нестероидные противовоспалительные средства в разных комбинациях — это лишь возможность сгладить симптомы воспаления, но воспаление — это наша защитная реакция. Таким образом мы усложняем борьбу нашего организма с инфекционными агентами.

Анастасия Багалика: Это разница в культуре лечения?

Алексей Кириченко: Да. Дело в протоколах лечения и доказательной медицине. То есть врач должен доказать, что использование этого протокола является правильным.

Анастасия Багалика: Как можно изменить подход к лечению?

Алексей Кириченко: Это длительный и многофакторный процесс. В первую очередь нужно принять протоколы лечения. Это даже не обсуждается. Мы должны сделать так, чтобы участковые врачи улыбались своим пациентам. Для этого нужно увеличить им зарплату и дать пациентам право выбора врача. Если говорить о реалиях, мы ежегодно тратим на «первичку» около 20 млрд. гривен. Это значит, что на каждого участкового врача мы тратим 30 тыс. гривен в месяц.

Анастасия Багалика: Но это не зарплата.

Алексей Кириченко: Это то, что мы тратим на наших врачей из бюджета. Если мы дадим участковым врачам ту сумму, которую сейчас мы платим из нашего бюджета за их качественную работу, это существенно изменит условия первичной медицины. Первична медицина — это 80% обращений. Если мы даем 30 тыс. гривен на каждого участкового, то мы обязываем врачей иметь определенные показатели здоровья пациентов на его участке и заставляем его, создавая конкуренцию, улыбаться своим пациентам.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.