Путин считает себя учеником Месснера. Война продолжится — Бондаренко

07 июня 2016 - 18:22 248
Facebook Twitter Google+
Еще в 50-е годы ХХ в Аргентине русский генералитет организовал Институт изучения проблем войны и мира. И один из организаторов был Евгений Месснер, который написал монографию «Мир без мира»

Россия ведет информационную войну. В чем ее отличие от тех других фронтов, на которых она воюет, спросим об этом у доцента Киевского национального университета им. Шевченко Александром Бондаренко

В студии работают журналисты Елена Терещенко и Михаил Кукин

Александр Бондаренко: Я бы начал с того, в чем отличие этой войны, в которой мы сейчас находимся, от аналогичных войн, которая вела Россия, начиная с Афганистана, Нагорного Карабаха, заканчивая Приднестровьем и Грузией. Все, что было до 2014 — это была тренировка.

В конце 2014 года Россия приняла новую военную доктрину. И анализ этой доктрины позволяет говорить, что мы вышли на новый уровень этой войны. Потому что в ней прописано, что основные угрозы для РФ касаются информационной безопасности. И опережающая война должна вестись именно в этом направлении.

Это, оказывается, не новинка. Еще в 50-е годы прошлого века в Аргентине русский белогвардейский генералитет организовал Институт изучения проблем войны и мира. И один из организаторов и идеологов этого института – профессор, полковник, начальник штаба армии Корнилова и один из самых великих стратегов XX века Евгений Месснер, который написал целый ряд монографий, например, «Мир без мира», и «Мятеж – имя третьей мировой». Так вот вся военная доктрина России построена на этих монографиях.

Путин считает себя учеником Месснера. И он сейчас воюет против Украины, базируясь на базе новой военной доктрины, которая была разработана по трудам Месснера.

Михаил Кукин: Эта доктрина была сформулирована уже после Крыма и начала войны на Донбассе?

Александр Бондаренко: Утверждение на законодательном уровне – эта последняя точка.

Михаил Кукин: Риторика о «бандеровцах» в России была еще при Януковиче, ведь так?

Александр Бондаренко: Буквально недавно просмотрел видеозапись выступления бывшего российского генерала Лебедя. Это выступление — калька того, что было в Грузии и Приднестровье. Причем интересно, что Лебедь читал по бумажке о геноциде русского народа на территории Молдовы, безумствующих националистах. Очень все похоже, просто нужно менять названия территорий и названия народа.

Елена Терещенко: Раз уж военная доктрина принята на законодательном уровне, то кто будет следующей жертвой российской агрессии?

Александр Бондаренко: Мой прогноз: следующими будут Казахстан и Латвия, возможно Белоруссия. На Балканах – Болгария, Сербия.

Раньше наши европейские партнеры не понимали, что Россия воюет не против Украины, она воюет против всего мира. Сейчас, наконец-то, пришло это понимание в Европе. На днях Германия в свою Белую книгу (документ, который расписывает вызовы и угрозы, которые стоят перед Германией) внесла на первое место Россию. То есть, они поняли, что основной враг — это Российская федерация. Лед тронулся, и это на лицо.

Михаил Кукин: Ни в одной из этих кампаний —  приднестровской, грузинской и украинской, Росси не удалось глобально достичь своих целей.

Александр Бондаренко: Согласен, но нужно понимать, что российской военной доктрине противостоит другая доктрина, которая разработана на других континентах. Речь идет о доктрине так называемой «мягкой силы». Один из вариантов этой доктрины – принцип «Анаконды», которая действует сейчас против РФ – мягкое сдавливание, незаметное для жертвы. И элементом ее является введение санкций, что опять-таки вовсе не ново. Они были опробованы во Второй мировой войне: Япония находилась под санкциями с 1941 года, что не позволило ей в полной мере стать участником этой войны.

Елена Терещенко: Что делать с обработанными пропагандой людьми после окончания войны и возвращения территорий? И как самим не стать жертвой этой пропаганды?

Александр Бондаренко: Я лично звонил во все колокола в своей научной среде, дабы ученые смогли осмыслить, каким образом происходит это зомбирование, и что можно ему противопоставить.

Кстати, после прошлого эфира, когда я говорил, что президент не обращается напрямую к матери раненого или убитого, нас у слышали. Президент звонил солдатам, когда подбили БТР совсем недавно. Это элементы ответа.

Одним из элементов противодействия может быть создание коалиции европейских государств для противостояния именно такой войне.

Также нужно работать с теми, кто готов к диалогу, и самое главное, нужно работать с детьми и подростками.

В этом отношении я хочу сказать о том, что мы достучались до Министерства образования по поводу специальных условий для выпускников Донбасса и Крыма. Они позволяют детям, которые хотят получить высшее образование в Украине получить специальные квоты и возможности. И я приглашаю всех талантливых детей Донбасса и Крыма учиться, в том числе и на нашей кафедре русской филологии, в Киевский национальный университет им. Шевченко.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.