Слушать

Расширение «списка Савченко» освободит остальных заключенных, — эксперт

05 июня 2016 - 19:42 159
Facebook Twitter Google+
Чтобы продолжать освобождение заключенных Кремля, необходимо понимание, что от ответственности за преследования украинцев со стороны российских властей никто не уйдет, — считает Людмила Козловская

Что знают об украинских политзаключенных в Европейском союзе, а также о деятельности фонда «Открытый диалог» говорим с его президентом Людмилой Козловской.

Алена Бадюк: Какие страны в поле зрения вашей организации, какую деятельность вы проводите в этих странах?

Людмила Козловская: Наша организация фокусируется на трех странах: Россия, Украина, Казахстан. И прежде всего, защита прав человека в этих странах. Мы стараемся фокусироваться на проблемах, которые не покрыты другими организациями. Например, Казахстан, — эта страна довольно экзотическая для ЕС. Это и мониторинг прав человека, свободы СМИ, мониторинг выборов, защита политзаключенных в стране и тех, кого преследует Казахстан за ее пределами.

То же касается и России. Мы стараемся фокусироваться на более трудоемких аспектах. Например, защита политзаключенных в ЕС посредством адвокаси. Из-за того, что поток арестов в России слишком большой, организации не успевают комплексно защищать человека. Здесь важна систематическая работа.

Если говорить о Украине, то наша роль была более активна с момента Евромайдана. Мы привезли наблюдательную миссию из европейских стран. Мы старались объяснять, что такое ЕС. Также защищали права тех, кого задерживали. Мы приезжали с европейскими депутатами, сидели в судах. Такая практика была эффективной.

Алена Бадюк: Как вы исследуете ситуацию в странах?

Людмила Козловская: Комплексно. Мониторинговая миссия — один из аспектов. Как только мы узнаем, что человека задержали, передаем информацию в наши центральные офисы: Варшаву и Брюссель.

Наши сотрудники активизируют контакты с европейскими, дипломатическими институциями, СМИ, чтобы проинформировать, что с человеком происходит. Потом составляется комплексный список, отчет. Он становится основанием для депутатских запросов со стороны европейских стран. Потом приезжает дипломатическая или политическая миссия, посещает человека (или группу), который был задержан.

Михаил Кукин: Вы оказываете непосредственную правозащитную помощь, помогаете с адвокатом? Пока не пришли запросы и не приехали депутаты, но человек уже арестован.

Людмила Козловская: Нет. Мы не в состоянии охватить весь процесс — это все средства. Поэтому мы работаем с локальными партнерами. Наша задача в том, чтобы не делать все самим.

Наша самая сильная сторона — адвокаси, адвокация за рубежом и разрыв информационной блокады. По нашему опыту, гораздо эффективнее работать в связке с локальными партнерами, которые в состоянии каждый день ходить к человеку, поддерживать контакт с адвокатами.

Мы также поддерживаем, наши отчеты базируются на информации, которую предоставляют адвокаты. В очень редких случаях мы в состоянии оплачивать услуги. Или же мы ищем адвокатов pro bono, которые работают с нами.

Алена Бадюк: Следите ли вы сейчас за ситуацией в Крыму?

Людмила Козловская: Только через те контакты, которые у нас есть в Крыму. Также благодаря украинским и российским правозащитным организациям, которые работают в партнерстве с нами.

Мы подымаем вопрос и крымских татар. 8-9 июня будет два слушания в национальных парламентах Польши и Чехии, где будут подниматься вопросы украинских политзаключенных, которые были похищены с территории Украины. Или, которых задержали на территории России, и их случаи используются для цели военно-политической пропаганды внутри страны и за пределами. Это список из 31-го политзаключенных, он будет представлен в этих парламентах.

Михаил Кукин: Насколько я знаю, вы принимали активное участие в составлении «списка Савченко». Вы не думали о расширении такого списка в отношении политзаключенных, которые остаются в России?

Людмила Козловская: Чтобы сделать это, необходимо понимать простое правило. Чем больше создается санкционных списков, тем меньше возможности принять хотя бы один. Украина исходит из понимания, что она главная проблема Европы. В некоторой степени это правильно. Но у каждой европейской страны свой период кризиса.

Чтобы добиться успеха, необходимо одно дело довести до логического завершения. А во-вторых, создать прецедент. Чтобы был закон, который подразумевает его дальнейшее расширение.

Наша стратегия сейчас заключается в том, чтобы один «список Савченко» был принят на уровне Европейского парламента, ратифицирован национальными парламентами ЕС. Его задача — иметь возможность расширения, чтобы он мог включать всех остальных с подобными делами.

Видно, что «список Савченко» сработал. Именно наличие Путина во главе этого списка как главного ответственного лица — очень важный шаг. Чтобы дальше продолжать освобождение заключенных Кремля, необходимо, чтобы было четкое понимание, что от ответственности за преследования украинцев со стороны российских властей никто не уйдет.

Закон должен идти комплексно. Принятие закона с тем списком, плюс возможность расширения — это и есть ключ к освобождению всех других.

Алена Бадюк: Как отреагировали европейские СМИ на освобождение Надежды Савченко?

Людмила Козловская: Это была сенсационная новость. Большинство журналистов, с которыми мы добивались того, чтобы Надежду и остальных заключенных освободили, понимают, что ей необходим покой. Даже если нас просят о возможности интервью с ней, мы стараемся сдерживать их. Они это понимают.

Михаил Кукин: Ваши офисы, кроме Киева, есть в Варшаве и Брюсселе. В России и Казахстане их нет. Это связано с политической обстановкой? И не затрудняет ли это работу?

Людмила Козловская: Да. И это затрудняет работу.

Алена Бадюк: Не планируете расширять деятельность в других странах?

Людмила Козловская: Сегодня бывает сложно удержать и то, что мы имеем. Деятельность, которую мы ведем, больше всего финансируется гражданами ЕС, фирмами. Мы вынуждены критиковать страны ЕС так же, как и Украину, Россию, Казахстан. Все хотят видеть не права человека, а экономическое сотрудничество, безопасность. А это категория жизни человека, а не 3-5 лет каденции.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.