Слушать

Современной России Сахаров не нужен, а Украине нужен, — Глузман

14 декабря 2016 - 06:30 476
Facebook Twitter Google+
Сегодня исполняется 27 лет со дня смерти Андрея Сахарова — едва ли не самой знаковой фигуры среди советских диссидентов. Как Украина почтит память советского академика?

В студии «Громадського радио» — журналистка, сценаристка, режиссер Леся Харченко и глава Ассоциации психиатров Украины Семен Глузман.

Ирина Ромалийская: Как Украина почтит память Андрея Сахарова?

Леся Харченко: В этом году мы проведем концерт в филармонии, посвященный памяти Андрея Сахарова. Из Германии приедет известный пианист Андрей Хотеев. Он будет играть Шнитке. На мероприятии выступят люди, которые лично знали Андрея Сахарова.

Михаил Кукин: Почему именно он? Это любимая музыка Сахарова?

Леся Харченко: Он представляет то поколение, которое ближе всего к Андрею Дмитриевичу. Это очень символичная музыка для такого дня.

Семен Глузман: Хотеев — русский, который эмигрировал из России.

Михаил Кукин: Это будет только концерт или также воспоминания и рассказы знакомых Андрея Сахарова?

Леся Харченко: Будут выступать люди, которые лично знали Андрея Сахарова — Семен Глузман, Мустафа Джемилев, Роберт ван Ворен — голландец, который занимался поддержкой политзаключенных в Советском Союзе.

Михаил Кукин: Могли бы вы сейчас тезисно рассказать то, что намереваетесь сказать завтра со сцены?

Семен Глузман: Я знал Сахарова и его жену. Мы познакомились в 1971 году в Киеве. Они приехали сюда на несколько дней и жили у Виктора Платоновича Некрасова. Так я с ними и познакомился, поскольку мы дружили. Это была очень странная дружба пожилого человека с юным студентом. Для меня Сахаров был совершенно удивительной величиной. Я помню эту встречу. Мы заканчивали ее в фойе киевского вокзала. Тогда он мне сказал теплые слова по поводу моей контрэкспертизы по Григоренко.

Потом меня арестовали, а через 7 лет вывезли в ссылку. Из ссылки я им звонил. Обычно я звонил раз в неделю, иногда дважды. Просто рассказывал о себе и спрашивал, что у них. Потом я приехал в Москву и гостил у Елены Георгиевны. Сахаров уже был в Горьком. Потом и она там была. Следующая серьезная встреча состоялась в период Горбачева. Я приехал в Москву и остановился у них на 1 или 2 ночи. Ночью они мне рассказывали о своем, а я рассказывал им о своем. Из Горького их не выпускали. Было понятно, что умереть им придется там. Они даже ездили на горьковское кладбище выбирать себе место, но не успели купить участок.

Михаил Кукин: История распорядилась иначе. Возможно, из-за того, что Андрея Дмитриевича знали в мире.

Семен Глузман: Я бы не переоценивал роль диссидентов. Я думаю, что Советский Союз распался по вине кремлевских старцев. Это они довели страну до распада.

Андрей Дмитриевич был обычным высокообразованным советским интеллигентом. Он никогда не жалел о том, что был отцом водородной бомбы. Он объяснял это тем, что должен быть паритет, иначе возникла бы очень серьезная ядерная война. Это была единственная возможность остановится на краю пропасти. Он так считал и верил в это. В диссидентство он вошел совершенно неожиданно для себя. Когда он жил в закрытых городах, у него были другие интересы. Все было благополучно. У него было двое детей — мальчик и девочка. Потом умерла жена и началась московская жизнь. Когда он увидел несправедливость, которая раньше проходила мимо него, он начал входить в эти страшные, непонятно, почему происходящие суды. Постепенно он стал голосом диссидентов и советских культурных людей.

Михаил Кукин: Его пытались лишить звания академика. Это происходило путем тайного голосования, и действующие академики не позволяли этого сделать.

Семен Глузман: Знаменитый ученный Капица однажды вышел к трибуне и назвал фамилию какого-то немецкого ученного фашисткой Германии. После этого уже никто не хотел голосовать.

Михаил Кукин: Я помню всеобщую эйфорию, когда Андрей Сахарова впервые показали в программе «Время».

Семен Глузман: Да, но Современной России Сахаров не нужен. Более того, он опасен и все, что связано с ним, будет уничтожаться. Это наша идея. Мы не говорим, что Сахаров — этнический украинец, который жил здесь. Он вообще не говорил по-украински. Для нас важно другое. Для нас важно, чтобы здесь жила память о нем. Мы уже отличаемся от наших бывших старших братьев. Нам нужен Сахаров. Они его боятся, а нам он нужен. Именно поэтому мы хотим, чтобы каждый год в Украине проходили такие концерты классической музыки. Он очень любил классическую музыку.

Ирина Ромалийская: Когда и где состоится концерт?

Семен Глузман: 15 декабря в 19:00 в филармонии на Европейской площади.

Леся Харченко: Каждый пришедший на концерт получит в подарок книгу о Сахарове.

Семен Глузман: В этом году мы решили посвятить это мероприятие крымским татарам. Сахаров был одним из немногих известных правозащитников, который занимался судьбой этого гонимого народа.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.