Свобода — это наступить себе на горло ради Чужого, — Евгения Бильченко

23 января 2016 - 13:09 365
Facebook Twitter Google+
Автор знаменитого стихотворения времен Евромайдана "Кто я" ("Я - мальчик...") Евгения Бильченко о роли поэта в неспокойные времена

 В студии работают журналисты «Громадського радио» Борис Иванов и Михаил Кукин

Евгения Бильченко: Когда недавно читала этот стих в одном из залов, одна из слушательниц не поняла, что это было написано во время Евромайдана, так как была из тех счастливиц, которые его тогда не слушали. И она спросила меня: «Это ведь о сейчас написано, о войне? Это ведь пацифистское стихотворение?». Меня это, честно говоря, порадовало — такой вопрос от человека, который не понял, когда оно написано.

Михаил Кукин: И вот с тех пор эта тема стала для вас лейтмотивом?

Евгения Бильченко: Наверное, да, потому что эта тема, собственно, поднимает вопрос оголенной человечности, уязвимой, безоружной. Человечности как она есть, человечности в ее натуральную величину. Это для меня и составляло ядро революции Достоинства, которое впоследствии было искажено властью очень значительно. Я пытаюсь не проявлять двойную мораль и все-таки следовать этому внутреннему импульсу человечности, независимо от того, будут его придерживаться свои или не будут. Для меня важен сам импульс, который был задан Евромайданом.

Михаил Кукин: То есть, в этом смысле, вы считаете, Революция Достоинства все-таки состоялась?

Евгения Бильченко: Во всяком случае, с точки зрения того, что был сдвиг в сознании, как точка сдвига — она состоялась. Конечно, точка сдвига внутренняя, духовная должна давать какие-то практические действия. Эта точка, как веером, перед нами рассыпала ворох всевозможных вариантов. Другое дело, что из всех возможных вариантов был выбран не самый лучший. И боюсь, что один из самых худших.

Михаил Кукин: И более того, казалось бы, вот в 2004 году уже шанс был, этот ворох возможностей уже перед нами раскрывался.

Евгения Бильченко: Мы повторили ошибку выбора не той карты. То есть, это или массовый выбор, или выбор, который был инициирован сверху, а масса уже стала повторять то, что ей говорит власть, или это обоюдный выбор, но он был сделан снова, и была совершена та же ошибка.

Михаил Кукин: Почему это происходит во второй раз, как вы думаете?

Евгения Бильченко: Может быть, исходя из каких-то общих вещей? Потому что любая революция зачинается утопически наивными людьми или скептическими романтиками, которые знают, что они будут использованы, но все равно идут, потому что не могут иначе, потому что бьют. Ну, а используются ясно кем. Прагматиками — в лучшем случае. Негодяями — в худшем. Умеренными негодяями? Ну, пусть будет так…

Борис Иванов: Тем не менее, даже предыдущий гость, Игорь Кульчицкий, несмотря на весь пессимизм по поводу расследования смертей на Майдане, даже он признает, что есть ростки изменений, прежде всего, в сознании людей — это самое главное. Да, выбрали не тех. Спустя какое-то время выберем тех. Надо будет — выберем. Надо будет — изменим…

Евгения Бильченко:  …И так до бесконечности. Знаете, здесь дело не в потере оптимизма, здесь дело в таком здоровом скепсисе. У нас люди теряют критичность мышления. Это самое страшное.

Михаил Кукин: Вот кстати. Я нашел статью на «Украинской правде» о вас, что многие вас знают как поэта Майдана, и мало кто знает, что вы — кандидат педагогических наук, профессор кафедры культурологии университета им. Драгоманова…

Евгения Бильченко: Я боюсь, что у вас тоже неточная информация. Я уже доктор наук с 32 лет. Сейчас мне 35. Это просто «Украинская правда», со свойственным ей стремлением немножечко затирать факты, немножко ошиблась.

Михаил Кукин: Но надеюсь, вот это правда: «В педагогической среде Евгения известна тем, что продвигает важность критического мышления в образовании на всех уровнях»?

Евгения Бильченко: Да, мне кажется, сейчас это приоритетный вопрос.

Борис Иванов: А что такое критическое мышление в образовании?

Евгения Бильченко: Давайте я попробую объяснить. Вы говорили о ростках условно новых идей свободы. Мне кажется, здесь произошла неожиданная подмена для нас с этими ростками новых идей. Представители евромайдановской генерации разделяются на две категории.

Первая категория людей стояла за свободу не только для себя, но и для инакового, потому что уважение к правам другого, независимо от того, в каком регионе он проживает, на каком языке говорит, какую политику поддерживает — это основа современной политики Евросоюза, это основа современной политической демократии. Я не являюсь либералом, потому что либералы зачастую не знают пределов своей толерантности и из-за этого говорят часто глупости. А радикальная демократия — она как раз и предполагает умение защищать свободу чужого и свободу свою. Но свободу свою для человека естественно защищать, ведь кто ж себе на горло захочет наступать! А вот наступить себе на горло ради чужого — для этого нужны моральные усилия.

А вторая категория людей восприняла ценность свободы как ценность свободы для себя, и начала насаждать свою свободу методами насилия. И это породило очень негативные тенденции.

Образование, которое основано на критическом мышлении основано как раз на уважении прав инакового. Можно сказать афоризмом: «Никто не имеет права у чужого красть статус его чуждости», то есть его неприкосновенности. Ну, пока чужой не начинает громить витрины. Но это уже правовой вопрос, это не вопрос образования.

Михаил Кукин: Что является вашим личным «мейнстримом»?

Евгения Бильченко: Я всегда это называла китайским словом «дао». Некий путь, импульс. Если во время бунта поэт как романтик должен его поддерживать, если он чувствует, что это соответствует категориям человечности, то во время такой сложной комплексной гибридной войны и кризиса морального в обществе он не может быть милитаристом. Он должен быть волонтером и оставаться миротворцем. Поэтому сейчас у меня приоритетный мотив – это гуманность, человечность и миротворчество.

И вот одно из моих последних стихотворений - «Баллада о нашем трамвае».

Оно было написано за 5 минут в подольском трамвайчике и, собственно, может хорошо презентовать Донбассу киевлян как они есть: представители городской культуры, а не тот мифологический образ «бандеровцев», который муссируется в СМИ. Наблюдала сцену — студент сделал предложение девушке, едва увидев ее в вагоне.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.