Слушать

Уже второй год ко Дню шахтера никто из горняков не получил госнаграду, — глава профсюза

27 августа 2017 - 15:13 16
Facebook Twitter Google+
День шахтера на четвертом году войны на Донбассе. Лидер Независимого профсоюза горняков Украины о том, как праздник отмечают в разных городах Украины

Михаил Волынец рассказал и о том, какие вызовы стоят сейчас перед представителями этой сложной профессии, какая ситуация и условия работы на шахтах на оккупированной территории. Также лидер Независимого профсоюза горняков Украины поделился личными воспоминаниями о том, как он стал шахтером:

«Я родился в селе. Сразу после школы приехал на Донбасс, работал на консервном заводе. И мне говорят: «Миша, тебе 17 лет. Иди учись» — «А куда?» — «Иди в профессионально-техническое училище, будешь горняком». И сразу ассоциация: это же там можно деньги хорошие заработать и работа почетная. Я был на практике и настоял, чтобы нашу группу повели на шахту с экскурсией. Прошел через подземную галерею, выехали шахтеры в клети: грязные, мокрые, уставшие. И такой поток воздуха огромный. И мне стало жутковато. Думаю, я смогу работать в таких условиях?

Смог. Спустился в шахту, привык к тяжелым условиям, к самым опасным. Настолько опасным, что ты теряешь инстинкт самосохранения. Ты перестаешь бояться смерти. Это во многом мне помогло в дальнейшей жизни. Это закаляет характер».

 

Виктория Ермолаева: Сегодня последнее воскресенье августа. И традиционно уже более 50 лет в этот день отмечается День шахтера. Вы поздравляли своих коллег по сложному делу и ездили в Донецкую область. С кем вы там встречались? И как на четвертый год оккупации в Донецкой и Луганской области отмечается и воспринимается этот праздник?

Михаил Волынец: День шахтера в лучшие времена развития экономики, угольной промышленности считался лучшим праздником. Во времена Союза и потом при независимости Украины правительство, президенты всегда считали своим долгом поздравить шахтеров, поехать в Луганск, в Донецк. Даже во Львове праздновали День шахтера. И люди это чувствовали.

В союзные времена, например, приезжала Пугачева в наш небольшой город Димитров (с 2016 г. Мирноград — прим. ред.) Донецкой области. Праздновали всеми улицами и подъездами. Такого в жизни я больше не видел. И ни у кого не было такого праздника.

Я также посетил Днепропетровскую область — Павлоград, где шахтеры вовремя получают зарплату, аванс, всем обеспечены, где постоянно идет наращивание объемов добычи угля и сравнительно хорошие зарплаты.

Поехал и в Донецкую область. Есть Мирноград, Селидово и группа более мелких городов вокруг них. Там последнее время зарплата выплачивалась от забастовки к забастовке. Поэтому на празднование средств у них практически нет, как и у шахтеров «Лисичанскугля», «Первомайскугля». Министр как-то отстранился от праздника и от самих шахтеров, как и правительство. Никаких конкретных поздравлений не было, второй год подряд ни одного шахтера не наградили государственными наградами. А моральный фактор таких награждений очень важен для человека.

Задолженность по зарплате на шахтах государственной собственности продолжается

На шахтах также работают и женщины. Не под землей, они работают на поверхности на лопатах, на конвейерах, в пыли. И им несколько месяцев не платили зарплату. Шахтерам Червонограда старались сократить задолженность по зарплате перед Днем шахтера в связи с их забастовками. А экономили на мизерных зарплатах в основном одиноких женщин. И шахтеры Червонограда сказали: «мы прекратим работу, защитим этих женщин». А в других регионах как-то получилось, что только за июнь сейчас погасили задолженность по зарплатам. А зарплаты там по 1,5-2 тысячи.

Поэтому День шахтера везде разный. Вчера также был в Донецкой области на предприятии ДТЭК в Доброполье. ДТЭК заявил, что выделяются огромные инвестиции, начинают модернизацию шахт Доброполья. Люди приезжают туда из других областей, как и в Павлоград едут шахтеры из Донецкой и Луганской области, чтобы заработать и кормить свои семьи.

Виктория Ермолаева: Вы знаете, какие сейчас условия труда на шахтах, которые находятся на неподконтрольных территориях?

Михаил Волынец: На той территории находится много моих друзей, членов профсоюза, родственников, знакомых. Живут они там несладко. Это не жизнь, когда в 20.00 ты уже не выходишь на улицу, иначе до утра проведешь в камере. Когда подземный стаж уже не идет тебе как льготный. Ты что-то заработал, тебе заплатили в рублях, еще и не вовремя. И намного меньше, чем даже на украинских шахтах, где тоже невысокая зарплата. И перспективы нет.

 

 

Сегодня мне звонили многие шахтеры с той стороны. В основном, патриотически настроенные люди. Они помнят, что был такой светлый праздник в их душах и сердцах. Сейчас для них это не праздник. Работы нет. Я разговаривал с шахтерами из Красного Луча сегодня. Шахты ставят, как называют, на «сухую консервацию» — не говорят прямо, что закрывают и грабят ее.

Работы нет, зарплат нет, сбыта угля нет. Идет полное разрушение угольной промышленности. Придет время, туда придется возвращаться. Я не очень уверен, что наша власть захочет восстанавливать эти шахты.

Идет разрушение шахт уже и на территории, подконтрольной украинской власти. Коррупция продолжается, с оккупированной территории нам сюда поставляют ворованное оборудование под видом нового. Например, ленту поставляют на шахту в Мирноград с оккупированной территории через Беларусь и Литву, чтобы замести следы. Комбайн из Горловки поставили — свежевыкрашенный, как новый, но неоснащенный — по очень высокой цене. В Волынскую область на шахту №10 на 23 миллиона поставили оборудования с оккупированной территории.

Виктория Ермолаева: И эти факты зафиксированы правоохранительными органами?

Михаил Волынец: СБУ провело расследование по шахте «Нововолынской». Это озвучена ими цифра. А в Мирнограде на шахте «Капитальная» зарядили комплекс, потому что под гарантией государства было выделено 300 миллионов гривен на оснащение десяти лав. Общественные организации, народные депутаты, профсоюзы пытались контролировать этот процесс, чтобы не завышались цены, которые на оборудование завышались в три-четыре раза. Где-то эти цены мы сбивали, но потом нас отстранили и не дали контролировать до конца. И, оказывается, ворованное оборудование поставлено с тех закрытых шахт, с оккупированной территории.

Полную версию разговора слушайте в прикрепленном звуковом файле.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.