Слушать

В этом году зафиксировано ухудшение ситуации в Крыму: Amnesty International

15 декабря 2016 - 20:55 251
Facebook Twitter Google+
Ранее были проблемы с мирными собраниями и свободой слова, теперь преследования и обвинения в экстремизме, — отмечается в новом докладе Amnesty International

Заместитель директора Amnesty International по Европе и Центральной Азии Денис Кривошеев представляет доклад «Крым во тьме: подавление несогласия».

Илона Довгань: Как вы собирали информацию в Крыму, чтобы это соответствовало действительности, а люди не боялись говорить правду?

Денис Кривошеев: Мои коллеги посещали разные части Крыма, встречались с людьми, общались с жертвами нарушения прав человека или с их семьями.

Мы не раскрываем наши источники, но все, кого мы называем по имени, сознательно приняли решения, что мы можем назвать их имена.

Дмитрий Тузов: Есть информация со ссылкой на адвоката Эмиля Курбединова, что сегодня в Симферополе задержано 5 человек с украинскими паспортами.

unnamed.jpg

Денис Кривошеев // «Громадське радио»
Денис Кривошеев

Денис Кривошеев: Мне сложно отреагировать, не имея ничего из первых рук. Людей преследуют явным образом за высказывания в пользу Украины.

Дмитрий Тузов: Как это может произойти?

Денис Кривошеев: Николай Семена, журналист. Он жил там четверть века: семья, работа, дом. Писал для «Крым.Реалии». Статью писал не под своим именем. Нашли возможность отследить и открыть дело по обвинению в призывах к нарушению территориальной целостности РФ. В настоящий момент он под подпиской о невыезде, его внесли в список лиц, поддерживающих экстремизм. Работать и пользоваться сбережениями он не может.

Илона Довгань: Если сравнивать с предыдущими годами, как изменилась ситуация в Крыму?

Денис Кривошеев: Ухудшилась. И мы наблюдаем постоянное ухудшение. Прежде, помимо исчезновений людей в Крыму, наше основное беспокойство было по поводу активного ограничения прав на свободу слова, мирных собраний. Сейчас права не просто ограничиваются — уголовно преследуются люди, которые пытаются пользоваться этими правами. За свою позицию они оказываются под следствием.

Илона Довгань: Ранее была информация, что ключевых фигур крымскотатарского сообщества преследуют по сфабрикованным обвинениям в экстремизме и различных преступлениях. Вы тоже фиксировали это?

Денис Кривошеев: С экстремизмом власти упростили себе ситуацию, признав Меджлис экстремистской организацией. На этом основании люди подвергаются преследованию. Несколько таких дел мы имеем.

Есть еще антитеррористическое законодательство. В РФ террористической организацией признана Хизб ут-Тахрир. Теперь реальная или надуманная ассоциация с этой организацией также становится предметом для уголовного преследования. Но последствия гораздо хуже. Это более серьезное преступление, за которое можно получить десятки лет. Тех, кого привлекают к ответственности по антитеррористическим статьям, вывозят на суд в Россию.  

Это серьезнейшее нарушение. Есть ряд правил, прописанных в международном гуманитарном праве, Женевских конвенциях: оккупирующее государство не имеет права полностью включать оккупированную территорию в свою правовую систему. А вывоз людей для суда за пределы этой территории — еще более серьезное нарушение международного гуманитарного права.

Дмитрий Тузов: Вы отслеживаете судьбу людей, которых РФ назвала «диверсантами»?

Денис Кривошеев: Мы следим за сообщениями, но отслеживать случаи сложно. У нас была миссия в конце сентября. Всегда проще говорить о фактах, с которыми можно знакомиться на месте. Тут не было такой возможности.

Дмитрий Тузов: Со стороны международных организаций может ли быть предоставлена юридическая помощь этим людям?

Денис Кривошеев: Смотря что называть юридической помощью. Эти люди должны иметь доступ к адвокатам. Думаю, то, что они смогли рассказать о пытках, было сделано через адвоката. Я не могу комментировать, кто эти адвокаты, насколько они отстаивают их интересы.

Илона Довгань: Как реагируют на ваш доклад международные организации и РФ?

Денис Кривошеев: Пока рано об этом говорить. Только сегодня была презентация.

Илона Довгань: А в предыдущие разы?

Денис Кривошеев: С учетом того, что мы единственная международная организация, которая в последнее время имела возможность посетить Крым и сообщить о происходящем, исходя из увиденного, внимание серьезное.

Дмитрий Тузов: Не так давно украинская делегация побывала в Гааге. Речь шла о незаконной оккупации Крыма и о правах человека в Крыму; войне на востоке Украины и участии РФ в этой войне; убийствах на Майдане. Такие доклады, как ваш, могут войти в то дело, которое рассматривает международный криминальный суд?

Денис Кривошеев: Я полагаю, да. Я не знаю, в каком статусе наши доклады могут войти в дела, но для такой структуры любая достоверная информация имеет значение.

Дмитрий Тузов: Есть ли сейчас полная статистика людей, которые пострадали в результате оккупации?

Денис Кривошеев: Мы можем оперировать цифрами, которые попали в поле нашего зрения. Исчезнувшие — мы задокументировали 7 дел. Мы считаем, что они исчезли насильственно — их похитили власти или люди, действующие от имени власти. У наших коллег цифра до 18. Возможно, их еще больше. Преследование по обвинению в причастности к Хизб ут-Тахрир — дело в отношении 19 лиц.

Мы не занимаемся сбором полной статистики. Мы обращаем внимание на знаковые дела и доносим их до общественности.

Илона Довгань: Сейчас там возможны мирные собрания?

Денис Кривошеев: В Симферополе они невозможны. Там мер издал указ о том, что любые собрания, помимо организованных властью, допускаться не будут. В остальных местах — видимо, невозможны.

Илона Довгань: Как бы вы оценили состояние со свободой слова? Есть ли у людей возможность слушать другую точку зрения?

Денис Кривошеев: Наверно, в эпоху Интернета — да. Но у прокуратуры есть право обращаться к операторам с требованиями блокировки доступа к онлайн-ресурсам. Это делалось в отношении нескольких СМИ, которые до этого были популярны.

Илона Довгань: В вашем докладе речь идет о том, что все ограничения, наложенные на деятельность Меджлиса, должны быть сняты, а криминальные преследования, которые используют для давления на членов семей, нужно остановить. К кому это обращение и как скоро это может произойти?

Денис Кривошеев: Мы можем говорить о том, что должно быть сделано. Рассчитываем ли мы, что нас услышат и так сделают? Надо быть очень наивным, чтобы на это надеяться. Но это не значит, что об этом нужно молчать или не выдвигать эти требования.

Мы стараемся удостовериться, что те, кому адресованы наши рекомендации, увидели их. Думаю, наши коллеги в России донесут их тем, кто должен их услышать.

Дмитрий Тузов: Что может предпринять Украина для защиты своих граждан, которые пострадали из-за оккупации?

Денис Кривошеев: Довольно много. Всем этим людям и семьям требуется помощь: юридическая, информационная, материальная. И очень важна работа на международном уровне с упором на юридическую сторону вопросу.

Илона Довгань: Мир достаточно реагирует на то, что происходит в Крыму?

Денис Кривошеев: В том, как я понимаю слово «достаточно», — нет. Хотелось бы не допускать, чтобы Крым оставался во тьме с точки зрения международного внимания. 

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.