Слушать

Мы приступаем к работе над фильмом с рабочим названием «Киборги», — Сейтаблаев

15 ноября 2016 - 21:33 279
Facebook Twitter Google+
В студии «Громадського радио» – известный актер и режиссер Ахтем Сейтаблаев

Говорим о режиссерских замыслах и последних ролях.

Сергей Стуканов: Ко Дню независимости канал «СТБ» снял ряд фильмов, касающихся известных людей. В одной из серий вы сыграли Василия Стуса. Как вам далась эта роль? Удалось ли вжиться роль известного поэта-диссидента?

Ахтем Сейтаблаев: Удалось или нет, не знаю. Да и в принципе не уверен, что кто-то знает, как вживаться в роль известного человека с такой трагической судьбой. Не секрет, что он держал голодовку. Не секрет, что на него оказывалось огромное моральное и физическое давление, особенно в местах лишения воли. Те люди, которые знали Стуса лично, говорили, что было изначально понятно, что второй срок он точно не досидит. Он был бескомпромиссным человеком. Когда мне впервые предложили сыграть эту роль, я, конечно, не поверил. Как я могу ассоциироваться со Стусом? Было очень страшно, но я чрезвычайно благодарен и режиссеру Антону Щербакову, и продюсерам телеканала «СТБ», и авторам сценария за их доверие. Они сделали все, чтобы меня переубедить, начиная с того, что прислали фотографию Стуса и сказали: «Ахтем, сходство на лицо. Мы в тебя верим». Это было для меня огромной мотивацией. Не знаю, насколько получилось. Мы старались сделать это максимально честно, очень подробно изучая воспоминания его побратимов — в первую очередь Левка Лукьяненко, который сам принимал участие в съемках этого фильма.

Наталья Соколенко: Каким был вклад Левка Лукьяненко?

Ахтем Сейтаблаев: К сожалению, я лично с ним на площадке не пересекался ввиду его чрезмерной занятости. Мне кажется, что съемочная группа ориентировалась на занятость Левка Лукьяненко. Я думаю, что для него это было очень непросто. Честно говоря, я очень боюсь таких встреч. Груз и так очень большой. Если бы такой чрезвычайно уважаемый мной человек как Левко Лукьяненко, наверное, по-доброму веря в мои актерские способности рассказывал об этой непростой личности, я думаю, что мне в этот момент было бы тяжелее. Учитывая достаточно сжатые сроки производства этого фильма, наиболее оптимальным решением была попытка создать образ живого человека. Да, бескомпромиссного, да, достаточно жесткого в своих убеждениях, но в первую очередь живого — со своими надеждами, любовями и отчаяниями. Если говорить откровенно, я не совсем доволен своей работой. Наверное, надо было встречаться. Не знаю, судить зрителю.

Сергей Стуканов: Знаете ли вы подобных людей, которые так же отстаивали свои принципы? Или наша эпоха способствует размыванию ценностей?

Ахтем Сейтаблаев: Чем сильнее давление, тем более сильное сопротивление. Это прежде всего внутренний выбор — с чем ты соглашаешься, а с чем нет. Если в государстве любое инакомыслие преследуется самым жестким образом, хвала Всевышнему, что находятся такие люди, которые не боятся ценой своей жизни быть свечечкой надежды для очень многих.

Из современников это Левко Лукьяненко. Также, к сожалению, ушедший Вячеслав Черновол. Для меня это и Лина Костенко, и Ада Роговцева, и Мустафа Джемилев. Этих людей я могу называть нравственной свечей, которая лично мне дает надежду на то, что все будет хорошо.

Наталья Соколенко: Есть ли в ваших планах создание фильма о вышеперечисленных людях?

Ахтем Сейтаблаев: Мы давно мнем тему съемок фильма об одном дне из жизни Мустафы Джемилева. Речь идет о 2 мая 2014 года, когда Мустафе Джемилеву запретили въезд в Крым. Сейчас мы представляем этот фильм как трехчасовое road-movie. ⅔ фильма занимала бы его дорога из Киева в Москву, из Москвы обратно в Киев и из Киева на машине до границы. Внутри этого road-movie будет очень много разговоров, которые помогут понять, кто этот человек и о чем ему болит. Конечно, параллельно история должна развиваться в Крыму.

Сергей Стуканов: Вы действительно планируете снимать в Москве?

Ахтем Сейтаблаев: Для того, чтобы снять кусок аэропорта, не обязательно ехать в Москву.

Сергей Стуканов: Работа над фильмом «Ее сердце» уже на завершальной стадии?

Ахтем Сейтаблаев: Съемочный процесс уже завершен на 90%. Нам необходимо доснять начало и финал фильма в Иерусалиме.

Наталья Соколенко: О чем фильм?

Ахтем Сейтаблаев: Фильм основан на документальном факте. В годы Второй мировой войны в Бахчисарае крымская татарка Сайде Арифова спасла от смерти 90 детей, большая часть из которых была евреями. Фильмов о том, что кто-то спасает кого-то, немало. Среди них есть действительно величайшие — и «Список Шиндлера», и «Жизнь прекрасна», и «Пианист». Наша история уникальна тем, что девушка спасла детей два раза. Один раз она спасла их от нацистов, выдав за крымских татар — научила их молится в традициях ислама и обучила языку. Мальчикам иудеям и мальчикам мусульманам делают обрезание. Когда нацисты устроили допрос детям, они проверяли и это. Дети выдержали экзамен. Для меня до сих пор загадка, почему на детей не надавили настолько, чтобы они признались.

Сергей Стуканов: Какого возраста были дети?

Ахтем Сейтаблаев: Разного — от 3 до 14 лет.

Через месяц после того, как они попали под ее шефство, кто-то донес, что в Бахчисарае находится огромное количество еврейских детей. 2 недели ее держали в гестапо, сломали практически все ребра, руки и ноги. Офицер отпустил ее только из-за того, что не мог поверить в то, что эта молоденькая девушка будет защищать совершенно чужих детей ценой своей жизни. В итоге ее отпустили. Почти 3 года — до 18 мая 1944 года, они выживали вместе. 18 мая 1944 года происходит депортация крымских татар. Ее и этих детей депортируют. Перед самой погрузкой она успевает показать офицеру НКВД настоящие метрики этих детей и доказать, что они — не крымские татары, а евреи, соответственно, не подлежат депортации. Тем самым она спасла им жизнь второй раз. Не секрет, что во время этой дороги погибло 50% крымскотатарского народа.

Сергей Стуканов: Недавно услышал, что вы обдумываете съемки ленты о Соломии Крушельницкой.

Ахтем Сейтаблаев: Сейчас мы приступили к подготовительному периоду съемок фильма с рабочим названием «Киборги». Автор сценария — блистательный украинский драматург Наталка Ворожбит. Для меня очень ценно, что сценарий написан по конкретным воспоминаниям конкретных людей — некоторых из тех, кого мы сегодня называем «киборгами». Мы познакомили Наталку с ними, и она по их воспоминаниям написала эту историю. Это будет не столько военная история, сколько история о смыслах. Там очень много территории для выяснения того, за что воюем. Это и конфликт поколений, и конфликт мировоззрений.

О Соломии Крушельницкой я мечтаю снять многосерийный телевизионный художественный фильм. Я уверен, что как минимум 12 серий кинозаявки у нас могло бы получится. Это выдающаяся личность — одна из тех, кто самим своим существование доказала, что Украина давно была Европой. Соломия Крушельницкая — красивая женщина и гениальная вокалистка, которой аплодировали стоя в «Ла Скала». Мужчины выстраивались в очередь перед служебным входом в театр, чтобы впрячься вместо лошадей в карету и иметь честь довести Соломию до ее дома. Красивая, трагичная, очень объемная история великой певицы. О так личностях просто преступно не снимать.

Наталья Соколенко: Вы работаете в экспертной комиссии по вопросам распространения и демонстрации фильмов. Какие фильмы вы рассматриваете сейчас на предмет того, можно их пускать в прокат или нет?

Ахтем Сейтаблаев: На двух крайних заседаниях мы рассматривали сериал «Подарую тобі щастя». На территории Российской Федерации этот же сериал идет под другим названием. Производители сами признались в том, что документы для получения лицензии были заполнены неправильно, потому мы приняли решение отозвать лицензию для показа этого сериала. Также мы рассматривали полнометражный фильм «Безудержный Ник» с Тилем Швайгером в главной роли. Там речь идет о дружбе между представителем ФСБ и персонажем Тиля Швайгера. Часть событий проходит в Стамбуле, часть — в Москве, где они дружно, в одних рядах побеждают других. Это противоречит букве закона и лично моей нравственной позиции. Понятно, что фильм был сделан с расчетом на рынок Российской Федерации и Турции.

Сергей Стуканов: О каком законе идет речь?

Ахтем Сейтаблаев: О законе о запрете контента, внутри которого показаны работники силовых и государственных органов страны оккупанта вне зависимости от того, в какой стране он был произведен. В этом случае речь идет о Российской Федерации. Фильм был произведен в Германии, но в нем присутствует представитель ФСБ, кстати, по происхождению украинский артист Антон Позенко. Но суть не в этом. Суть в том, что это противоречит закону и никаких компромиссов здесь быть не должно.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.