Слушать

Даже на гонках есть пит-стоп, волонтер должен рассчитывать силы, — психолог

13 июля 2016 - 20:30 234
Facebook Twitter Google+
Хороший волонтер — живой и ресурсный, то есть он способен помогать. Нужно побеспокоиться о своем здоровье: выспаться, отдохнуть. Так считает психолог и волонтер Татьяна Рожкова

Волонтер — значит поддержка. Этой теме посвящен выпуск проекта социально-психологической поддержки «Точки опоры». С психологом, волонтером и инструктором по тактической медицине говорим о том, как не «выгореть» волонтеру и помогать без ущерба для собственного здоровья. К разговору присоединяется президент Ассоциации греческих предпринимателей в Украине, Почетный консул Греции в Крыму Панделис Бумбурас.

У микрофонов журналисты Михаил Кукин и Елена Терещенко.

Кликайте, чтобы оценить этот материал

Михаил Кукин: Волонтерство — это психологический феномен. Когда начинаются трудности, возникает какой-то процент людей, которые становятся волонтерами.

Татьяна Рожкова: У нас чувство сопричастности появляется, когда мы очень близко к теме. Так случилось, что после Майдана очень большое количество людей ощущало чувство вины и чего-то невыполненного. Ведь не все были на Майдане, не все попали на войну. Процент волонтерства сейчас зашкаливает в Украине. Это удивительный феномен. Такого в мире пока не было.

Елена Терещенко: Наверное, по длительности такого не было. Всплеск и помощь, а у нас — два года.

tetyana_rozhkova.jpg

Татьяна Рожкова // «Громадське радио\"
Татьяна Рожкова

Михаил Кукин: А сейчас волна схлынула.

Татьяна Рожкова: Она переформатировалась. Все встали в свои ниши. Некоторые люди действительно настолько «выгорели» во время волонтерства, что пытаются держаться подальше. Это один из способов психологической защиты. С этим тоже нужно что-то делать.

Михаил Кукин: Многие волонтеры чувствуют, что их использовали. Нет?

Татьяна Рожкова: Такое чувство есть у некоторых, но мы занимаемся волонтерством и для себя. Были люди, которые помогали из-за рубежа, те, которые не ездили на войну и те, которые ездили на войну. Последним было труднее всех. Их не понимают ни военные, ни мирные. Для военных они мирные, а мирным не понятно, зачем они ездят на войну. Есть категория волонтеров, которые внутри войны работают. Это «Армия SOS», группы тактической медицины и парамедиков, которые ездят помогать, потому что у нас очень плохо с медициной.

Эти граждане не являются военными, не имеют на это полномочий , но делают больше, чем министерство обороны или Генштаб, но их не замечают, не оценивают. Такие люди обычно работают на износ. От этих поездок они выгорают. Есть граждане, которые, будучи смертельно больными или уставшими от борьбы с болезнью, сделали волонтерство своей последней миссией.

Михаил Кукин: Журналистка «Громадського радио» Ольга Павлова подготовила для нас материал о том, что волонтерам зачастую необходима психологическая помощь, как и участникам АТО и переселенцам.

Татьяна Рожкова: Практически всем волонтерам сейчас необходима психологическая помощь. В кризисной психологии есть понятие острой травмы, которая зависит от психотипа. Это разовое событие. Есть также такое понятие, как вторичная травматизация, когда ты слушаешь о событиях, но получаешь травму.

Есть категория людей, которые выгорают из-за сочувствия.

Мы же думали, что это короткая дистанция, а она оказалась марафоном. Не все способны психологически выдержать марафон. Что с нами происходит? Нормальная реакция человеческой психики на ненормальные события. Мы участвуем в событии, слышим о нем, многие из нас стали ближе к войне, многие теряют близких. В моем телефоне появилось 58 номеров, которые не ответят.

Психологическая поддержка действительно важна. Как ее оказывать? Есть программы «Равный равному».

Как происходит «выгорание»? Либо повышенный цинизм, либо легкое чувство отстраненности. Сейчас много проблем в семьях волонтеров и военных, когда два человека, живущих рядом по-разному воспринимают войну, работу, как участвовать в войне. Дело доходит до разводов.

Михаил Кукин: В таких случаях нужно обращаться к психологу?

Татьяна Рожкова: Я уже два года пытаюсь сказать людям, что мы не кусаемся. Мы все дети Советского Союза, к психиатрам мы боялись идти. Психологи — непонятные люди. А категории «психотерапия» у нас нет.

Михаил Кукин: Помощь бывает разная. Еще один гость нашей программы — президент Ассоциации греческих предпринимателей в Украине, Почетный консул Греции в Крыму — оказывает благотворительную финансовую помощь госпиталям. По моим подсчетам, за этот год получилось больше, чем на два миллиона гривен. Кому помогаете и почему? У нас очень много украинских предпринимателей.

Панделис Бумбурас: Не оскорбляйте меня, я тоже чувствую себя украинцем. Я приехал в Украину в 1997 году. Эта страна меня приняла, я чувствовал себя, как дома. Мой первый внук Пантелеймон Васильевич — наполовину грек, наполовину украинец. Я очень люблю Украину.

Я решил помочь этой стране. Первое, что мне пришло в голову, помочь лекарствами. В Мариуполе живет около 150 тысяч греков. Я там часто бываю. Построил там диагностический центр. Последние 10 лет я меньше бывал в Мариуполе.

Михаил Кукин: И, наверное, уже совсем не бываете в Ялте, где вас выбрали Почетным консулом.

pandelis_bumburas.jpg

Панделис Бумбурас // «Громадське радио»
Панделис Бумбурас

Панделис Бумбурас: Я очень люблю и Украину, и нормальную Россию, но морально не могу быть сейчас в Крыму. Я бросил бизнес там.

Помогаю больницам. Неделю назад я подарил семье в Одессе квартиру. Муж, молодой парень, погиб в Луганске.

И конечно, помогаю грекам на Донбассе. Когда молодые люди там поют гимны Украины и Греции, я получаю удовольствие.

Михаил Кукин: Вы чувствуете усталость от войны, потому что вы тоже все время в нее вовлечены?

Панделис Бумбурас: Я думал, что эта история закончится быстрее. А сейчас я понимаю, что эта история не закончится. Надеюсь, до Нового года ситуация успокоится.

Ко мне пришла девочка 8 лет, спела греческий гимн и дала мне подарок. Пришла ее преподавательница и сказала, что год назад от снаряда умерли мама и сестра, а ночью пропал отец. Меня очень тронула эта история, я взял около 200 бедных детей кормить к себе. Они получают необходимое.

Татьяна Рожкова: Людям навешивают ярлыки посттравматического синдрома, не делают дифференциального обследования. Постравмат возникает не сразу, часто это острая травма, которую можно предотвратить быстрой работой психолога. Дети как раз попадают в эту категорию чаще. Они несут травму с собой в 80% случаев. У них могут быть сложности в подростковом возрасте.

Панделис Бумбурас: Бывая в деревнях на Донбассе, я вижу, что люди любят Украину. Потихонечку появляется патриотизм, которого нам не хватает.

Михаил Кукин: У нас есть еще одна запись, подготовленная нашим корреспондентом в зоне боевых действий. Наталья Поколенко рассказывает, как волонтеры Донетчины справляются со стрессами.

Елена Терещенко: Расскажите о волонтерах, которые постоянно находятся в «серой зоне».

Татьяна Рожкова: У людей рухнула жизнь. Мы не можем сказать, что мы их понимает. У них на оккупированной территории остались дорога в школу, квартиры. Жизнь — штука несправедливая. Ни мы, ни они в этом не виноваты.

Либо ты отпускаешь все и стартуешь, либо находишься в стрессе.

Люди, которые остались на Донбассе и помогают нашим военным, продолжают выживать, находятся в более стрессовой ситуации, чем мы здесь. Их, возможно, не воспринимают соседи и близкие. Некоторых унижает и травмирует гуманитарная помощь. Когда нет ощущения безопасности, мы сами его создаем. Люди перестают пугаться обстрелов.

Елена Терещенко: Человек, который замещает боль действием, по моему мнению, поступает правильно.

Татьяна Рожкова: Конечно. Чувство сопричастности помогает пережить. Нужно следить за своим состоянием, внутренними ресурсами, думать, не переносишь ли ты свою травму на других людей.

Я призываю всех остановиться и понять, что это марафон. На марафоне есть пит-стопы, когда можно выпить воды. Когда мне люди предлагали остановиться и отдохнуть пару дней, поехать на природу, я отказывалась, потому что не могла сама правильно оценить силы.

Нужно вести здоровый образ жизни. Ничто не заменит хорошего сна. Раз можно недоспать, но через месяц ваш организм начинает сдавать. Нужно позволять себе маленькие радости: почитать книгу, попить кофе. Тебе стыдно, ведь идет война.

Михаил Кукин: У нас есть еще одна запись. Это телефонное интервью с одним из волонтеров. Из поселка Опытное вывезли 83-летнего пенсионера, который два года прожил в доме, где нет воды и газа в километре от разрушенного Донецкого аэропорта.

Татьяна Рожкова: Таких историй много. Наверное, каждый волонтер может сегодня сказать, что изменил чью-то жизнь.

Эта война эволюционная. Стоит посмотреть на культуру, как мы относимся к людям с ограниченными возможностями, заключенным. Мы выросли за эти два года.

Михаил Кукин: Психолог проекта Елена Нагорная подготовила советы по теме программы.

Татьяна Рожкова: Хороший волонтер — живой и ресурсный, который способен помогать.

«Громадське радио» советует, где искать помощь в сложных ситуациях.

Этот материал был создан при поддержке International Medical Corps и JSI Research & Training Institute, INC, благодаря грантовой поддержке USAID. Взгляды и мнения, высказанные в этом материале, не должны никоим образом рассматриваться как отражение взглядов или мнений всех упомянутых организаций.

This material has been produced with the generous support of the International Medical Corps and JSI Research & Training Institute, INC. through a grant by United States Agency for International Development. The views and opinions expressed herein shall not, in any way whatsoever, be construed to reflect the views or opinions of all the mentioned organizations.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.