Слушать

Как студенты-переселенцы адаптируются в учебных заведениях Украины?

С какими проблемами сталкиваются студенты, которые переехали с неподконтрольных Киеву территорий, и как их можно преодолевать? Советуют психологи

Говорим с психологами Светланой Николаенко, Оксаной Матвиенко и Галиной Кравченко, а по телефону к разговору присоединяется ректор Донбасской национальной академии строительства и архитектуры Василий Кравец.

Наталья Соколенко: Какая наиболее часто встречающаяся жалоба со стороны студентов, которые вынуждены были переехать с родных мест и перенести учебный процесс из тех заведений, которые они выбирали?

Галина Кравченко: После переезда из Донецка ДонНУ, государство пообещало заботу о студентах, вузах. В какой-то мере это было выполнено, но много проблем остается. Например, много вопросов с обещаниями помочь с жильем, с переводом студентов на бюджетные формы обучения, с выплатами — это то, что касается государства.

Андрей Куликов: Как на трудности реагируют «неокрепшие души»?

Галина Кравченко: Им адаптироваться проще, чем людям, которые привязаны к своим домам, месту работы, стабильности. Молодые люди более мобильные, открыты миру, готовы к изменениям.

Кликайте, чтобы оценить этот материал

Наталья Соколенко: Что они говорят вам об общении со сверстниками, новыми одногруппниками?

Галина Кравченко: Первый момент касается землячества. Для людей, которые находятся на своей территории, процесс общения происходит нормально. Когда люди встречаются из общих мест, городов, их это сильно сближает. У местных и тех, которые переехали, с зоны АТО, практически нет проблем с общением.

Светлана Николаенко: Мы с Оксаной Матвиенко из Запорожья, поэтому могу сказать по Запорожскому национальному университету. В 2014-15 годах я была координатором по работе по приему переселенцев. В Запорожье было много студентов. В первые годы мы, волонтеры-психологи, ходили со студентами — было легко контактировать, потому что я там всех знала. В Запорожье русскоязычное население, у них не было проблемы с адаптацией. Наверно, им было легче, не было языкового барьера. Хотя мы ездили и во Львов, видели студентов из Донецка, Луганска, которые говорили на прекрасном украинском языке.

Наталья Соколенко: Что чувствует студенты, когда в новом вузе другая культура общения, получения оценок?

Оксана Матвиенко: Большинство студентов-переселенцев, с которыми я общалась, приехали и проживают с родителями. Поэтому им проще, они в более домашней обстановке. Мы соседние области с Донецкой, поэтому о таких преградах я не слышала.

Светлана Николаенко: В вузах бывает коррупция. Когда приехали студенты-переселенцы, когда пошли в этот институт, им начали говорить, что нужно много справок. По Запорожью могу сказать, что мы решали быстро, у нас было три телефона Самообороны. Когда ребята из Самообороны приезжали, все вопросы моментально решались. И справки можно было привезти потом, находились сразу места в общежитии, группах.

Андрей Куликов: В одном областном центре, куда переехала часть ДонНУ, мне приходилось слышать от местных преподавателей вузов, что вот, приехали донецкие и отбирают у них работу. А насколько есть напряженность между местными и приезжими студентами?

Галина Кравченко: Между студентами такой напряженности я не замечала. Между вузами, да, — это конкуренция. Вуз очень большой, область справлялась с вопросами высшего образования для своего населения. Это вызов и для нашего университета. Здесь приходится перестраиваться в работе, целях, наборе студентов. У студентов иногда бывает опаска поступать в ДонНУ, потому что если закончится война, университет переедет в Донецк: а что будут делать студенты?

Андрей Куликов: Корреспондент Арина Крапка подготовила материал о том, как живут и учатся в Луцке студенты из Симферополя.

Наталья Соколенко: Какие проблемы возникают во время вступительной кампании?

Галина Кравченко: Здесь государство пошло навстречу детям, которые заканчивают школы на оккупированной территории и здесь. Закон позволяет детям поступать в вузы, которые переехали с оккупированных территорий, но остаются на территории Донецкой и Луганской области. Это шаг навстречу детям.

Другая ситуация со студентами, которые приезжают поступать на другие территории, области. Я говорила о конкуренции, которая сейчас получилась между местными вузами и теми, которым приходится выживать. Здесь борьба за каждого студента. Каждый студент — возможность существования вуза.

Ребенок поступал в колледж в Василькове. То, как проходил экзамен, меня очень поразило. Ребенок вышел очень разочарованный. Устный экзамен, принимают два человека. Один проверяет, что написано в черновике, второй задает вопросы. Единственный вопрос: «Что у тебя по диктанту?» Сверка с предыдущим экзаменом. И вердикт: «Семи балов будет достаточно». Мы понимаем, что ребенок не проходит на бюджет, так как она переселенец, мать находится в зоне АТО и защищает родину. Вопрос даже не в бесплатном образовании. Самое главное, что это травма для ребенка.

svitlana_nykolayenko_galyna_kravchenko_oksana_matviyenko.jpg

Светлана Николаенко, Галина Кравченко, Оксана Матвиенко // Громадське Радио
Светлана Николаенко, Галина Кравченко, Оксана Матвиенко

Андрей Куликов: Как преодолевать эту травму?

Галина Кравченко: Нужен системный подход, чтобы государство занималось этими вопросами. Я как близкий родственник, психолог объясняю, что это жизнь и вопросы жизни. Но это неправильно. Так быть не должно.

Андрей Куликов: Как сейчас с художественной самодеятельностью, насколько она помогает студентам?

Светлана Николаенко: У нас в Запорожье факультет психологии, здесь же находится факультет актерского мастерства. Наверно, помогает. Сейчас это все объединяет. Часто студенты из Донецка или Луганска не так быстро включались в это. Хотя на факультет актерского мастерства уже пошли и донецкие, и луганские.

Андрей Куликов: Насколько доступные встречи с психологами для студентов, как они могут помочь?

Светлана Николаенко: С 2014 года была организована психологическая помощь. Мы выпустили карту переселенца. Каждому, кто приехал, ее раздают в учебных заведениях, поселениях. Мы обучались в Киеве на британской программе: «Дети и война. Техники исцеления». В Запорожье мы провели 12 групп. Это были дети от семи до 18-ти лет, там есть шесть занятий со взрослыми. В Запорожском национальном университете есть ОО «Development Foundation». Каждый может подойти и получить консультацию психолога.

Андрей Куликов: Некоторые люди стыдятся обращаться за помощью, как вы работаете с ними?

Светлана Николаенко: У нас есть «горячая линия». Некоторым легче позвонить, высказать свою проблему. Бывало, такие консультации длились по полтора часа, возникали разные проблемы. Единственное, что это до 22.00.

Наталья Соколенко: С нами на связи Василий Анатолиевич Кравец, ректор Донбасской национальной академии строительства и архитектуры, которая сейчас находится в Краматорске. Какие основные психологические проблемы у ваших студентов и абитуриентов, как вы помогаете справляться с ними?

Василий Кравец: В основном проблемы связанны с тем, что наши абитуриенты и студенты оторваны от родных мест. Их дома, родные остались на той территории. Они знают, что поехать — это затраты. С этим связанны и материальные трудности, и психологические, поскольку родители далеко.

Наталья Соколенко: Как вы или преподаватели помогают?

Василий Кравец: У нас нет возможности привлекать психологов. Мы обеспечивает студентов общежитиями, загружаем их учебным процессом и графиком. Интенсивная работа и учеба позволяют отвлечься, решить некоторые психологические проблемы.

Если студент находит работу, мы даем возможность работать и учиться. И мы сами находим для них оплачиваемую работу. У нас сейчас большая группа студентов работает на ремонте корпуса. Они выполняют строительную работу и получают зарплату.

Андрей Куликов: На «Громадське Радио» позвонили трое студентов, которые выехали из зоны АТО, учатся в украинских вузах. Они говорят, что главная проблема — пересечение линии разграничение.

Галина Кравченко: Такая проблема есть, и она очень большая. Особенно она чувствуется в вузах, где есть дистанционное обучение. Такие пересечения очень сложные. Это связанно и с оформлением документов, с переходами, переездами, отсутствием транспорта между блокпостами. И многие из этих детей попали под обстрелы. У меня есть контакты с этими студентами, которые обращаются за помощью. Мы нашли такой выход: во многих городах есть представители Психологічної кризової служби, куда можно обратиться и получить помощь.

Андрей Куликов: Василий Анатолиевич, какие ваши советы и опыт в этом?

Василий Кравец: Мы еще не успели приобрести опыт. Думаю, создание таких центров — это правильно. Основная проблема — это пересечение линии разграничения и его облегчение. Но это не в моей компетенции.

Наталья Соколенко: Как подросткам сохранить нормальные отношения с родственниками, которые живут по другую сторону линии разграничения?

Светлана Николаенко: Эта проблема возникала с 2014 года. Было много вопросов об этом: «Что говорить: я звоню родным, а они говорят: эта ваша Украина виновата, а ты поддерживаешь». Мы говорили: давайте не говорить о политических темах. За семейным столом мы говорим, какие едим продукты, как себя чувствуем. А если говорим о политике, выключайтесь и говорите: давайте оставим это правительствам.

Наталья Соколенко: А что касается внутреннего состояния: как относиться к тем, у кого мнение, с которым не согласен ребенок?

Светлана Николаенко: Точно так же мы собирались со всеми переселенцами, которые говорили: «Она мой враг». Мы говорили, что она не может быть врагом. Это мама, ее нужно любить. Сегодня у меня одни политические взгляды, а завтра другие. Давайте принимать людей такими, какими они есть.

Андрей Куликов: А есть у вас пациенты?

Светлана Николаенко: Мы психологи, у нас нет пациентов. Мы рассматриваем так, что это здоровые люди, которые оказались в трудных ситуациях. Я говорю, что это не проблема, а трудности, в которые мы попали. А трудности проходят.  

Андрей Куликов: Знаменитое выражение: проблемы надо рассматривать как возможности, согласны ли вы с этим?

Светлана Николаенко: Сейчас мы проходим обучение у Френка Пьюселик. Это американский психолог, который живет в Одессе. Он разработал программу для работы по ПТСР (Посттравматическое стрессовое расстройство ), выведения из него людей. Эта программа уникальна. У всех, кто был на территории и вышел после бомбежек, может быть ПТСР. Обучаясь на этой программе, мы нашли точки соприкосновения: мы рассматриваем людей не как больных, мы смотрим на то что ПТСР может быть и на мирной территории, у всех, кто смотрит телевизор.

Оксана Матвиенко: Я бы порекомендовала не бояться обращаться за психологической помощью, знакомиться с новыми соседями, путешествовать. Если мы не ищем выхода, нам его не предоставят.

Галина Кравченко: Все зависит от установок, от того, как относиться к проблеме. Проблема — это возможность к росту. В Донецке я потеряла дом, друзей, работу, родственников. Но с войной я приобрела огромное чувство свободы: когда ты понимаешь, что в жизни важно, на что тратить время, жизненные ресурсы.

Андрей Куликов: Назовите главные точки опоры.

Светлана Николаенко: Точками опоры могут быть люди, с которыми мы контактируем. Война — это плохо. Но она дала много друзей и знакомых, с которыми бы мы никогда не встретились.  

Оксана Матвиенко: Я считаю очень важными точками опоры семейные ценности.

Галина Кравченко: И вера в себя: в то, что ты можешь и чего ты стоишь.

Интересы детей отстаивает также Правозащитный центр «Поступ». Юридическую консультацию можно получить бесплатно в Краматорске, Мариуполе, Рубежном, Северодонецке и Старобельске. Телефон +38 050 623-58-46. В Краматорске работает также Международный благотворительный фонд «Каритас» +38 066 993-28-00. И администратор проекта «Точки опоры» поможет найти специалиста в вашем городе. Телефон для связи: +38 050 278-71-95.

kak_adaptyrovatsya_studentam.jpg

Как адаптироваться студентам // Громадське Радио
Как адаптироваться студентам

«Громадське радио» советует, где искать помощь в сложных ситуациях.

Этот материал был создан при поддержке International Medical Corps и JSI Research & Training Institute, INC, благодаря грантовой поддержке USAID. Взгляды и мнения, высказанные в этом материале, не должны никоим образом рассматриваться как отражение взглядов или мнений всех упомянутых организаций.

This material has been produced with the generous support of the International Medical Corps and JSI Research & Training Institute, INC. through a grant by United States Agency for International Development. The views and opinions expressed herein shall not, in any way whatsoever, be construed to reflect the views or opinions of all the mentioned organizations.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.