Если снится война

29 июня 2016 - 19:59
FacebookTwitterGoogle+
Людям, которые вернулись с войны, необходимо обратиться за квалифицированной помощью. Выбирайте специалиста, с которым будет комфортно, — говорит психолог

В проекте социально-психологической поддержки «Точки опоры» общаемся с психологом Ольгой Швец и заместителем председателя Союза ветеранов АТО в Киеве Антоном Колумбетом.

В студии работают журналисты Михаил Кукин и Елена Терещенко.

Елена Терещенко: То, что переживают люди, побывав в зоне военных действий, это трагедия. Мне кажется, что эти переживания весьма драматично отражаются на личности любого человека.

Кликайте, чтобы оценить этот материал

Ольга Швец: Травматические события отражаются практически на всех. Нужно понимать, что все зависит от индивидуальной устойчивости.

Елена Терещенко: Как быть, когда снится война?

Ольга Швец: Произошел травматический эпизод. Для того, чтобы он возымел воздействие, человек должен испытывать негативные эмоции, страх, панику.

olga_evert.jpg

Ольга Швец // «Громадське радио»
Ольга Швец

Если человеку снятся обстрелы, какие-то яркие события, то это нормально. Он продолжает переживает то, что на него подействовало. Если это никаким образом не отражается на его повседневной жизни, то это не страшно. Со временем сны перестанут быть яркими, будут вытесняться другими.

Михаил Кукин: Теракт в аэропорту — это тоже стресс, но люди видели это раз. А если люди месяцами и годами живут в этом. Есть ведь привыкание. Может быть, в этом случае побороть сны тяжелее?

Ольга Швец: Может быть по-разному. Некоторые люди могли настолько привыкнуть к войне, что это не будет для них значимым событием. Организм человека адаптируется, поэтому сны могут перестать сниться.

Михаил Кукин: У нас есть телефонный звонок от руководителя благотворительного фонда, волонтера в зоне АТО Алексея Кулиша.

Елена Терещенко: Після стресових ситуацій в зоні АТО, обстрілів, вам снилася війна?

Алексей Кулиш: Коли хочеш зростися з землею, знаходячись в бронежилеті під «Градами», це просто так не проходить.

Михаил Кукин: Після цього пройшов якийсь час, і ви стали це бачити у снах?

Алексей Кулиш: Найдраматичніші епізоди — витягати дітей з підвалу будинку. Темно, ніхто нічого не бачить. Поряд 200-ті і 300-ті.

Михаил Кукин: Ви зверталися до психологів чи самі впоралися з проблемою?

Алексей Кулиш: Сам не впораєшся. Може бути ще гірше, «загасити» можна горілкою. Психологи потрібні. Безумовно. Я звертався до психологів і по телефону, і так.

Михаил Кукин: Допомогли?

Алексей Кулиш: Так.

Михаил Кукин: Бійці часто соромляться звертатися до психологів. Вони вважають, що чоловік має сам впоратися з проблемою.

Алексей Кулиш: Це неправильно. Із багатьох батальйонів я направляв людей до психологів. Так, вони спочатку соромляться.

Ольга Швец: К психологу нужно обращаться. Ощущения, которые они переживают после возвращения с фронта, абсолютно нормальны. Бойцы ощутили серьезный стресс, истощение. Есть какие-то физиологические проявления. Это может быть невозможность выспаться, заснуть.

Мы рекомендуем ребятам, которые возвращаются, первое время создавать дома условия, которые были на фронте, в блиндаже. Например, закрывать окна, ставить кровать так, как она стояла в блиндаже.

Часто бойцы ночью просыпаются, приснились обстрелы, война, и не могут понять, где они находятся. Мы рекомендуем возле кровати поставить какие-то предметы, которые давали бы понять, что они уже дома. Возможно, семейные фотографии.

Михаил Кукин: Я так понимаю, что это индивидуально, поэтому лучше обращаться к психологу в индивидуальном порядке.

Ольга Швец: Да, конечно.

Михаил Кукин: В Краматорске был открыт комплексный центр социальной адаптации ветеранов АТО и их семей. Я так понимаю, что речь не только о самих бойцах, но и об их окружении, которым тоже бывает тяжело, когда отец возвращается с войны. Расскажите об этом центре.

Антон Колумбет: Центр был открыт общественной организацией «Studena», нашими партнерами. Настоящее открытие еще не состоялось, потому что мы функционируем второй месяц в тестовом режиме, но результаты уже есть.

anton_kolumbet.jpg

Антон Колумбет // «Громадське радио»
Антон Колумбет

Что такое Центр психосоциальной адаптации ветеранов АТО, членов их семей и переселенцев тоже? В Краматорске мы создали пространство, которое наполнили всевозможными активностями, которые позволяют ветеранам АТО интересно проводить время вместе со своими семьями. У нас есть спортзал, тренажерка, для детей есть мастер-классы, школа пения народной песни, клуб детского туризма.

Для самих ветеранов еще функционирует школа общественного активизма и группа взаимопомощи. У нас есть профессиональные психологи, которые модерируют эту группу. Ребята приходят с семьями. Дети разбегаются лепить ангелочков, жены идут учить английский, а бойцы общаются.

Любому психологу комфортнее работать в составе готовой группы, которая открыта. Это намного проще. У нас есть тренер по медитации. Я сам довольно скептически относился к таким вещам, как медитация, но после общения в кругу побратимов этот человек становится нашим другом.

Он предлагает послушать нам музыку и подумать о чем-то, и после медитации у немолодых мужчин 40-45 лет с не очень простой судьбой проясняются лица, хотя сами они в этом никогда не признаются. Но наша задача — причинять добро.

Елена Терещенко: Это рецепт от стеснительности?

Антон Колумбет: Да.

Михаил Кукин: Уже не так стыдно общаться с психологом, если ты не один, а в группе.

Ольга Швец: Вы абсолютно правы. Если психолог становится побратимом, то легче ему рассказать о пережитом.

Михаил Кукин: Ольга, как вы относитесь к медитациям?

Ольга Швец: Я все техник на себе пробую. Человеку, который постоянно все контролирует, сложно не быть скептиком. Нужно постараться отключиться от контроля.

Елена Терещенко: Когда человек переживает особенно острую ситуацию, ему хочется попытаться все забыть. Или такой реакции не бывает?

Антон Колумбет: Я знаю некоторых ребят, у которых была именно такая реакция. Но есть объективная реальность. Как бы ты не отодвигал войну от себя, но, пока она не закончится, ты должен быть к ней готов. Поэтому я не одобряю такие ситуации.

Ты должен держать в хорошем состоянии и оружие, и разум.

Ольга Швец: Упорное избегание ситуаций, напоминающих о травматическом событии, подтверждает то, что событие осталось в памяти. Рано или поздно оно найдет выход, или в снах, или в каких-то агрессивных проявлениях.

Михаил Кукин: Если у вас есть вопрос, который вы не хотите озвучить в прямом эфире, звоните нашему координатору: 050 278 71 95. Вам посоветуют, куда обратится. Кстати, общественная организация «Без броні» собрала единую базу проверенных контактов центров помощи участникам АТО. Среди них Союз ветеранов АТО Донбасса. В Краматорске телефон: 063 554 96 95. В Луганской области — Старобельский городской центр бесплатной вторичной правовой помощи. Телефон: (080)021-31-03.

Михаил Кукин: Что является раздражающими факторами? Наверное, не столько воспоминания о войне, сколько возвращение в мирную Украину, где общество часто проявляет равнодушие.

Ольга Швец: Самое сложное — это возвращение домой и понимание того, что за время отсутствия бойца ничего не изменилось. То счастливое будущее и то, что они хотели выбороть для своих семей, не появилось. Обостренное чувство справедливости разрывает человека изнутри. Нарастает внутренняя агрессия.

Михаил Кукин: У моих знакомых, которые были на войне, есть ощущение, что там все справедливо, а здесь — тотальная ложь.

Антон Колумбет: Мы даже шутим с ребятами, что скучаем по нашим «родным сепарам». Они хотя бы честные, взяли оружие, а не носят вышиванку на День Конституции.

Елена Терещенко: Как работать с детьми, которым тоже может снится война?

Ольга Швец: Ребенок не всегда может осознать, снится ли ему война. Родители должны обратить внимание на то, стал ли ребенок более раздражительным, каково его поведение в школе. Не нужно вытягивать эту проблему. Возможно, для ребенка ее и не было. Если постоянно говорить ребенку, что у него проблемы, он их себе придумает.

Если ребенок постоянно играет в одну и туже игру, связанную с войной, разрушением, убийствами, нужно обратить на это внимание. Если ребенок рисует страшные картинки, которых ранее не изображал, тоже нужно обратить на это внимание.

Елена Терещенко: Как найти хорошего психолога для ребенка?

Ольга Швец: Сейчас создается много социальных реабилитационных центров для переселенцев, семей участников АТО. Выбирайте из групп, выбирайте по рекомендации знакомых, которые уже были у психолога.

Если вы с первого раза не нашли контакт с психологом, выбирайте другого, своего, человека.

Елена Терещенко: А как взрослые люди находят контакт с психологом?

Антон Колумбет: Очень часто бывает, что с каким-то психологом поговорил, не понравилось. Ребята думают, что все психологи такие. Мы учим пониманию того, что нужно найти своего человека, психолога, который ему подходит.

Елена Терещенко: У ребенка все проще: плохая тетя или хорошая.

Михаил Кукин: Многие психологи считают, что лучшая реабилитация для ребенка — переключение внимания. Есть интересный опыт культурной реабилитации авдеевских школьников в Германии. Послушаем материал.

Ольга Швец: Детям очень помогает переключение на активную деятельность — игры, творчество, поездки. Нужно заполнить их свободное время яркими позитивными впечатлениями, которые вытеснят травматический опыт.

Михаил Кукин: Ваш центр предполагает какие-то путешествия для детей?

Антон Колумбет: У нас есть туристический клуб для детей. Мы путешествуем пока только по Донетчине. Взрослые у нас уже два раза ходили в поход в Карпаты. В Киеве мы проводили пешеходную экскурсию, потом они ехали в Ивано-Франковск.

Относительно поездок в другие регионы для детей, то я считаю это одной из лучших возможных инициатив.

Михаил Кукин: Я однажды слышал от волонтеров, что дети, многие из которых не выезжали за пределы родного Донбасса, попадают, например, в Одессу, Карпаты или во Львов, эти впечатления потом вытесняют все воспоминание о войне.

Антон Колумбет: Мы пока еще не продумали поездок для детей по всей Украине, потому что родителям сложно отправить ребенка на 7 дней. Но я думаю, что мы это сделаем.

Михаил Кукин: Как связаться с вашим центром в Краматорске и вашей организацией?

Антон Колумбет: Центр находится по адресу Марата, 1 в Краматорске, открыт с 10 до 18. Список активностей находится на странице в Facebook. Центр называется «Поруч». Можно записываться или просто приходить.

Функционируют как регулярные активности обучающего характера, английский, логика, мастер-классы, так и эпизодические ивенты.

«Громадське радио» советует, где искать помощь в сложных ситуациях.

Этот материал был создан при поддержке International Medical Corps и JSI Research & Training Institute, INC, благодаря грантовой поддержке USAID. Взгляды и мнения, высказанные в этом материале, не должны никоим образом рассматриваться как отражение взглядов или мнений всех упомянутых организаций.

This material has been produced with the generous support of the International Medical Corps and JSI Research & Training Institute, INC. through a grant by United States Agency for International Development. The views and opinions expressed herein shall not, in any way whatsoever, be construed to reflect the views or opinions of all the mentioned organizations.

Если Вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter.